Грань между пародией и кражей идей: Виктора Пелевина обвинили в плагиате

© Оксана Викторова/Коллаж/Ridus.ru

© Оксана Викторова/Коллаж/Ridus.ru

Еще не «остыл» недавний скандал в литературной среде в связи с рецензией на «другого Пелевина» авторства литературного портала «Горький Медиа», как уже возник новый.

«Ридус» разбирался в деталях.


На этот раз паблик «Беспощадный пиарщик» углядел плагиат в новой книге Виктора Пелевина «Непобедимое солнце». По мнению авторов канала, Пелевин украл идеи из романа десятилетней давности малоизвестного автора Олеси Градовой «Танец с жизнью».

В чем узрели плагиат

Соцсети зажужжали с новой силой. На Олесю обрушился град критики, несмотря на то, что предположение о плагиате высказала не она. Но благодаря «Пиарщику» Градова решила идти до конца и доказать, что ее книга явилась «источником вдохновения» для самого загадочного писателя-фантаста современности, и рассказала «Ридусу» о своих планах.

«Ридус»: По каким признакам вы узнали, что ваш роман «Танец с жизнью» и новая книга Виктора Пелевина «Непобедимое солнце» совпадают?

Олеся Градова (ОГ): Первым триггером была сама героиня — «привлекательная московская блондинка», которая исследует духовные практики (йога, суфизм) и выражает свой «бунт тридцатилетних» через обретения «нового „я“».

Второе «напоминание» — это прием повествования от первого лица героини, которая говорит о своей жизни, романах, приключениях. Потом в романе «Непобедимое солнце» появляются уже совсем узнаваемые персонажи — учитель танцев (в моей книге преподавательница суфийского танца), «полубоги» (в моем случае «маги»), а также сюжетные линии — «встречи с интересными людьми», меняющими «точку сборки». Когда в книге Пелевина появился магический камень, мне ничего не оставалось, как спешно дочитывать и ждать финала. Мой «камень» — заброшенный в северном лесу — меняет судьбы. Именно к нему приходит героиня, для того чтобы завершить свою войну с силами Тьмы и черное сделать белым.

Книга Олеси Градовой, из которой могли утечь заимствования

Книга Олеси Градовой, из которой могли утечь заимствования.

Камень в романе «Непобедимое солнце» может не только изменить судьбу: он может уничтожить мир и воссоздать его заново. Финал романа Виктора Пелевина — это мир, охваченный коронавирусом и рука блондинки на «пульте управления». Она счастлива встретиться или пообщаться с персонажами, с которыми прошла свой путь на 760 электронных страниц.

Мой мир тоже перевернулся, но в нем, конечно, не было коронавируса. Он стал таким, каким и должен быть — легким, ритмичным, быстрым, как танец. Моя героиня тоже счастлива встретиться или пообщаться с персонажами, с которыми она была на протяжении 380 страниц. Однако к моменту финала книги я уже понимала, что это ни в коем случае не копия — это пародия, гротеск, карикатура на мою героиню и ее историю.

Может ли это быть совпадением? Да, безусловно. Идеи витают в воздухе, но в этом романе, на мой взгляд, критическое количество не только совпадений, но и пародий, как говорит «Беспощадный пиарщик», на все эти «дешевые бульварные романы». Собственно, ни я, ни другие авторы, с которыми мы оказались «соседями по несчастью», не против пародии на свои «бульварные романы», но при одном условии: ссылки, упоминания и прочее, охраняющее наши права на произведения.

«Ридус»: Что говорят эксперты, можно ли вообще доказать плагиат? Или это копирайт, который плагиатом не является?

ОГ: Проконсультировавшись со специалистами по авторскому праву, я поняла, что пародийный или карикатурный жанр допускает использование произведений без согласия автора. Однако персонаж или автор либо должен быть общеизвестен (как пародии на известных политиков), или же его действительно нельзя упоминать без указания источника или автора. А когда берется неизвестный автор, это уже смахивает на литературный «вампиризм».

При это однозначных трактовок понятий «пародия», «гипербола», «сарказм» или «карикатура» в законе об авторском праве просто нет. Доказать что-то практически невозможно без привлечения специалистов и литературных экспертов, что также не гарантирует объективного рассмотрения. «Творческая переработка» — это очень часто встречающийся прием у Пелевина. Но попытки любых неизвестных авторов обозначить проблему приводили к неизменному «вы просто хотите попиариться на имени великого писателя».

«Ридус»: Что сказали по этому поводу в издательстве «Эксмо»?

ОГ: Обращаться в издательство «Эксмо», которое выпустило «Непобедимое солнце», или АСТ, которое опубликовало в 2010 году мою книгу? Вы можете представить, что там ответят неизвестному автору? А вот ответ авторам, которые пытались достучаться до истины: «Да вы вообще существуете только потому, что есть такие, как Виктор Пелевин. И на них вся русская литература держится, как мир на трех китах». И разве с этим поспоришь?

Еше одна книга, где отыскали заимствования

Еше одна книга, где отыскали заимствования.

«Ридус»: Есть еще писатели, которые увидели совпадения в книгах Пелевина и своих?

ОГ: Да, я стала искать в интернете авторов, которые пытались доказать наличие заимствований. Но этот сюжет еще предстоит докрутить.

«Ридус»: Вы готовы идти до конца или оставите все как есть?

ОГ: Есть два пути, как «пойти до конца». Первый — это начать с литературной экспертизы и выявить основания, чтобы добиваться законным путем подтверждения авторских прав. Это очень сложно при нашем «несовершенстве нормативной базы». Второй путь — обозначение своей позиции в общественном и литературном пространстве, подкрепленное актом независимой экспертизы.

В любом случае необходимо привлечение очень сильных специалистов по данному вопросу. Ведь есть разные виды творческого осмысления, создания аллюзий, оммажа, пародии.

Но одно дело цитировать, к примеру, Тарковского в ленте Алехандро Иньярриту «Выживший», демонстрируя уважение к мастеру, а другое дело — указывать на ничтожность авторов «третьего эшелона», создавая на их костях собственные бестселлеры. Возможно, это уже претензия даже не к самому писателю, а к тем сетевым лидерам мнений, которые считают, что великим позволительно все.

Не единственный прецедент

Еще один автор — Константин Аникин — увидел, что тоже является «источником вдохновения» известного писателя, и выразил публично свое недовольство и высказал слова солидарности Градовой.

«Случай плагиата Пелевина у Олеси Градовой мне представляется прозрачным как слеза», — написал писатель в Facebook.

Константин Аникин

Константин Аникин.

© Facebook.com

Константин Аникин привел несколько конкретных примеров в виде цитат, которые, по его мнению, наглядно демонстрируют заимствование идей.

Роман Виктора Пелевина S.N.U.F.F.

«Умом я понимаю, что ее волнующее бытие есть всего лишь искаженное отражение моего собственного, чистая иллюзия — в сущности, я просто кривляюсь перед сложно устроенным зеркалом. Но Кая для меня куда более реальное живое существо, чем любой из орков, которых я вижу в своих летных очках. Да и про людей, если честно, я мог бы сказать то же самое.

Иные утверждают, что сура — это просто усложненный способ эротического самообмана. Может, и так. Но пусть уж лучше я буду обманывать себя сам, чем позволю это мачехе-природе, лупящей меня по голове своей гормональной дубиной, или лицемерной общественной морали, собирающейся поднять возраст согласия с сорока шести до сорока восьми».

Роман Константина Аникина «Нульт»

«Зиро гордился своей Тенью, сейчас он даже не мог представить, как он раньше мог без нее обходиться. Конечно, он понимал, что Аи всего лишь сложная программа, которая не может мыслить и чувствовать, понимал, что ее „жизнь“ по ту сторону экрана — всего лишь иллюзия, ловкий самообман, но все равно часто ловил себя на том, что относится к ней как к человеку. Все владельцы Теней это за собой замечали. Да и как может быть иначе, если Тень буквально становится твоим продолжением?

 — И ведь я не могу сказать, что я прямо „любил“ Аи. Это не любовь. Это больше похоже на брак. Причем, — Зиро грустно улыбнулся, — брак по расчету. И не в сексе дело — секс вообще как-то отдельно в этих… отношениях. В другом модуле. Я же понимаю, что это конструкт, созданный мною для удовлетворения моих же желаний. Что она — это, в принципе, я сам. Что у Аи нет личности… — Он помолчал. — Или уже не понимаю? Перестал понимать?»

Это основополагающие факторы, характеризующие этих двух персонажей. Для начала десятых годов это было вполне свежо. Этим, видимо, и обусловлено почти прямое цитирование, что для Пелевина большая редкость. В обоих книгах сюжетообразующим элементом является некая сакральная пленка, если в «Нульте» это особая магнитная пленка для хранения данных, то в «Снаффе» это кинопленка. [Что] мой вымышленный город Воркуйск-8, что пелевинский офшар — это изолированные анклавы, технологически превосходящие остальной мир. Да и пелевинская парочка из «Снаффа» — Грым и Хлоя — смахивают на моих героев Зиро и Инфинити, — заявил Аникин.

«Конечно, степень заимствований не абсолютна, — констатирует писатель. — S.N.U.F.F — пелевинская книга, в которой невооруженным взглядом видны его любимые темы, да и развитие идей из „Нульта“ часто идет в другую сторону. Но у меня есть ощущение, что без моего романа не было бы книги S.N.U.F.F. Конечно, так можно про многие книги сказать, в том числе и про мою, мы все стоим на плечах друг друга, и прочее, но всем ясно, что очередная ежегодная книга Пелевина совершенно неминуема. И без мой книги она была бы другой».

«Ридус»: Вы говорите, что это постоянная практика — использовать творчество неизвестных авторов, почему вы так думаете?

Константин Аникин (КА): Я этого не утверждаю. Мне известно о двух случаях, которые подкреплены какими-то доводами: это мой случай и недавний случай Градовой. Только о них и речь.

«Ридус»: По поводу редактора Пелевина: вы просто предположили или это уверенность? Если уверенность, то чем она подкрепляется?

КА: Мою книгу она и издала, так что, говоря за себя, я уверен, что «Нульт» попал к Пелевину от нее. Возможно, уже в рукописи. Как к своему бывшему редактору я к ней не испытываю ничего, кроме благодарности. Вот как к редактору Виктора Пелевина у меня вопросы есть, которые, к сожалению, так и остались без ответа в свое время по причине тотального бана во всех мыслимых соцсетях после их озвучивания.

«Ридус»: Бытует мнение, что Пелевина вообще не существует. А есть некий человек, из которого сделали бренд, и за него пишет редакторская группа. Прокомментируете?

КА: Абсолютно уверен, что все свои книги Пелевин написал сам в сотрудничестве со своим литредактором. Подобные слухи, возможно, возникают как побочный продукт творческого метода автора и его потрясающей работоспособности.

«Ридус»: Вы планируете бороться за право использование ваших идей?

КА: Ну вот я сейчас и поборолся, как мне кажется.

На запрос корреспондента «Ридуса» с просьбой прокомментировать скандал вокруг книг Виктора Пелевина представители издательства «ЭКСМО» обещали дать ответ, но протянули несколько дней и так и не нашли времени, сославшись на большую занятость.

Нам важно ваше мнение!

+0

Комментарии (0)