Ад как концлагерь: потайное дно культового комикса

Врата Ада в графическом романе «The Sandman. Песочный человек. Книга 4. Пора туманов»

Владыка Мира снов, Князь историй, Самодержец Спящих краёв, Его темнейшество Сон из Вечных — короче, Сэндмен — возвращается в Ад и застаёт его абсолютно пустым. «Я устал, я ухожу», — признаётся ему Люцифер и, заперев последние двери, отдаёт на прощание ключ. За которым в Стране Снов тут же выстраивается очередь: свои права на Преисподнюю готовы предъявить многие.

Среди них — Один, Локи и Тор, «бог простой, свой-большой-крутой»: лёгкий укол в сторону конкурентов, которые и сами позаимствовали героев из скандинавской мифологии (к тому же надо учесть, что на рубеже 1990−1991 годов, когда выходили эти выпуски романа, троица «Marvel» вовсе не была популярна так, как сегодня, а потому шутка про молот Мьёлльнир — «Если его потереть, он растёт, честное слово» — ещё не принималась за явное оскорбление).

А вот — представители Порядка и Хаоса: первый нашёл своё воплощение в форме картонной коробки, второй — в виде озорной девочки (Гейману как отцу шестилетней Холли это «вовсе не казалось натяжкой»). Подтягиваются ангелы из Серебряного града. Своих делегатов посылают и покинувшие любимую обитель демоны, решающие на сходке:

Мы построим новый Ад. Прогрессивный Ад, где каждому будет дано по способностям, где демон сможет гордо поднять голову — ну, или другую важную часть тела — и сказать: «Это моя земля. И никто у меня её не отнимет».

Каждый либо что-то предлагает новому хозяину желанных земель, либо угрожает ему. Теперь Сэндмену, для которого десятки тысяч лет — это «некоторое время назад», предстоит определиться, кому же передать то, что ему самому, в принципе, совершенно не нужно…

Разворот графического романа «The Sandman. Песочный человек. Книга 4. Пора туманов»
1
Разворот графического романа «The Sandman. Песочный человек. Книга 4. Пора туманов»
© «Азбука-Аттикус»

Ад, конечно, существует, «но не обязательно там оставаться навсегда», — как гласит эпиграф к «Поре туманов», четвёртому тому из десятикнижия Нила Геймана про «Песочного человека» (см. рецензии на «Прелюдии & Ноктюрны»«Кукольный домик» и «Страну Снов»). Как и прежде, он прекрасен, а потому все хвалебные слова можно свести к единственной цитате из предисловия фантаста Харлана Эллисона, который сам не прочь процитировать культового автора:

Но почему же мы уверены, что творение Геймана совершенно?

Мы уверены, потому что Сьюзен Зонтаг когда-то написала: «Подлинное Искусство заставляет нас нервничать».

Слова справедливы: Гейман — мастер интриги и сюжетных поворотов, и никогда точно не знаешь, что ждёт тебя, читателя, на следующей странице. Здесь может быть приодевшаяся по случаю семейной встречи Смерть, в ответ на комплимент показывающая брату язык. Или восставшие мертвецы-подростки, которые вынуждено вернулись в школу и язвят, когда директор-призрак заставляет их снова учиться: «Да какой смысл? То есть что мы учить-то будем? Мёртвые языки?» Между тем посланец Волшебной страны вступает в сладостную связь с юным египетским фараоном и горько переживает расставание: «Интересно, он мне хоть письмо-то напишет?..» В конце концов, на вопрос, куда же делся Люцифер, тебе дадут столь изящный ответ, что к нему никак не подкопаешься: любуется закатами на пляже в Западной Австралии!..

Любые же критические замечания, даже если бы они были, на корню пресекаются вежливыми словами Каина, развлекающего гостей своими фокусами:

Если вам понравилось шоу, расскажите о нём друзьям. Если нет, надеюсь, у вас будет рак горла и вы уже никому ничего никогда не скажете. Доброй ночи.
Разворот графического романа «The Sandman. Песочный человек. Книга 4. Пора туманов»
2
Разворот графического романа «The Sandman. Песочный человек. Книга 4. Пора туманов»
© «Азбука-Аттикус»

Хвалить примечания к «серьёзным» графическим романам «Азбуки-Аттикус» и вовсе становится общим местом: это каждый раз чуть больше, чем просто примечания. Из данного тома, например, внимательный читатель узнает значение слова «меркин» (вы будете удивлены) и название романа Эммы Орци «Алый первоцвет» (1905), главный герой которого вёл полную опасностей двойную жизнь и тем самым (ну надо же!) повлиял «на образы многих супергероев, прежде всего Бэтмена».

Но выделим пометку к геймановской Библиотеке Снов, где «хранятся все истории, о которых когда-либо грезили… романы, которые никогда не были написаны или закончены, только задуманы». На полке видны, среди прочих томов, «Совесть Шерлока Холмса» Артура Конан Дойла («"Потому что её-то у Холмса и нет», — поясняет Гейман"), «Алиса на Той Стороне Луны» Льюиса Кэрролла, «Псмит и Дживс» П. Г. Вудхауза — и жаль, что не влез обозначенный в сценарии «Ктулху весенней порой» Г. Ф. Лавкрафта. О тесной дружбе двух последних писателей Нил Гейман изрядно нафантазировал вне «Сэндмена», ещё в 1987-м объявив, что владеет единственным экземпляром написанного теми в соавторстве романа (один из вариантов названия — «Это зов Ктулху, Дживс!») и фрагментами их мюзикла «Лето Некрономикона», «в котором героиня поёт бессмертные строки:

Я по жизни шла спокойным шагом,

Сердце не решаясь никому открыть,

Но лишь повстречавшись с гигантским липофагом,

Перед обветшалым мерзким саркофагом,

Я поверила слу-ху,

Что сам древний Ктул-ху

Способен любить!

Разве не мило, не правда ли?..

Разворот графического романа «The Sandman. Песочный человек. Книга 4. Пора туманов»
3
Разворот графического романа «The Sandman. Песочный человек. Книга 4. Пора туманов»
© «Азбука-Аттикус»

Однако в этот раз особенной похвалы среди дополнительных материалов неожиданно заслуживает раздел биографий. Он и в других томах подавался в юморном ключе, здесь же концептуально совпадает с темой самой книги, представляя её создателей как … довольно древних покойников. Так, художник главы про восставших мертвецов охарактеризован следующим образом: «Мэтт Вагнер — единственный человек, которого избрали в сенат Соединённых Штатов посмертно», — с добавлением, что отслужить он успел три срока. У прорисовщика Малкольма Джонса III было, оказывается, три полностью покорных его воле гомункула, ни один из которых не пережил хозяина более чем на неделю: «Все они распались в прах, высохшую кровь и розовые лепестки».

Другой прорисовщик умел самовозгораться, а художник по цвету «наиболее известен своей революционной методикой бальзамирования. После его смерти, в 1897 году, его коллекция великолепно сохранившихся школьников была передана Королевскому хирургическому колледжу». Короткая справка о шрифтовике пронизана удивлением: «Ни разу не был приговорён к смертной казни по причинам, которые доныне скрыты завесой тайны». Зато два предложения про редактора Карен Бергер (её имя хорошо знакомо постоянным читателям графических романов «DC Comics») полны несдерживаемого восторга: «Говорят, она с ними всеми управилась. Говорят, она это топором сделала».

Фрагмент графического романа «The Sandman. Песочный человек. Книга 4. Пора туманов»
4
Фрагмент графического романа «The Sandman. Песочный человек. Книга 4. Пора туманов»

Биография художника Келли Джонса схожа с судьбой Бенджамина Баттона, а про самого Нила Геймана развеяны «некоторые распространённые заблуждения»: в частности, «у него нет рудиментарного хвоста» и «он не боялся ни зеркал, ни уличных фокусников». Но вершина этого любопытного жанра достойна полной цитаты — вот каким человеком был при жизни прорисовщик Дик Джордано:

Импресарио, торговый магнат, нефтяной барон, хирург и филантроп. Однажды, утром четверга в ноябре 1893 года, Джордано сел за свой столик в ресторане при отеле «Савой» и попросил официанта принести ему «газету, обувную ложку, Библию, пинту уксуса, пакет булавок и леденцов». Когда официант отказался выполнить столь необычные требования, по лицу Джордано потекли слёзы. «Что же вы, сэр, — сказал он, — обрекли честного человека на злую судьбу?» Затем он сел в кеб и приказал кучеру везти его в контору, путь до которой составлял не более пятнадцати минут. Его, разумеется, больше никто никогда не видел, однако булавку для галстука обнаружили в животе двадцатипятифунтового осетра, пойманного в Чёрном море в первый день Первой мировой войны.

Волей-неволей задумаешься о том, сколь громадные тараканы живут в голове у того, кто всё это придумал.

Фрагмент графического романа «The Sandman. Песочный человек. Книга 4. Пора туманов»
5
Фрагмент графического романа «The Sandman. Песочный человек. Книга 4. Пора туманов»

Нам важно ваше мнение!

+0

Комментарии (0)

В других СМИ:

Картина дня

Бездна новостей
Все новости

По мнению сенатора, возможность уволить пилота уже является достаточной санкцией.

распахнутьcвернуть

гражданская журналиcтика

Республика Ингушетия — как кавказская Швейцария.

Ученые разрабатывают устройство безвредной для человека беспроводной зарядки носимых имплантатов.

Женщины, которых не выносил профессор Преображенский.

Что меня всегда поражало, так это встроенный рентген, позволяющий общественности сразу увидеть все.

После распада Советского Союза Казахстану досталось весьма неприятное наследство.

интересное

Долгое пребывание в закрытом пространстве может сократить гиппокамп.

Ученые из США предложили интересную теорию.

Английские физики предложили новый принцип неопределенности.

полезное

22 и 23 сентября в Российской академии наук пройдет ежегодны фестиваль науки для школьников WOW!HOW?

|статья

Советы

Как перевести свои пенсионные накопления из государственного пенсионного фонда в негосударственный.

Возобновилась мошенническая охота за недвижимостью наиболее доверчивых и юридически плохо подкованных граждан.

развлечения

Чёрная кошечка абсолютно бесстрашно покоряет океан.

Даже если вы не верите в гороскопы, этот тест расскажет вам много интересного.

Хозяин питомца сразу же сообщил об этом в полицию.

Пользователи подхватили и рассказали, как коверкают их имена.