+54
Сохранить Сохранено 7
×

Перелетные птицы: кто и куда навострил крылья из России


Александр Клюкин

Родился 5 июля 1957 года в г. Ужуре Красноярского края. Окончил Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова (1985 г.). 1985–1989 гг. депутат Центрального районного Совета народных депутатов, г. Красноярск. 1990 г. репортер информационной программы «ИКС» на Краевом телевидении. 1994–1999 гг. генеральный директор, председатель Совета директоров телекомпании «ТВК». 1999–2003 гг. депутат Государственной Думы третьего созыва. 2003–2007 гг. депутат Государственной Думы четвертого созыва. 2007–2011 гг. депутат Государственной Думы пятого созыва. 10 февраля 2016 года назначен членом Центральной избирательной комиссии Российской Федерации. С 2021 года советник Председателя Государственной Думы

Все статьи автора

Перелетные птицы: кто и куда навострил крылья из России

Соцсети заполнены фоторепортажами с российских границ, с пограничных переходов. Грузия, Финляндия, Эстония… Репортажи — все как под копирку: длинные очереди из людей и машин, велосипеды, которые страждущие пересечь границу покупают аж за 70 тысяч, ажиотаж.

Другая серия — из московских аэропортов, откуда летят рейсы за границу. Тоже длинные очереди к стойкам регистрации, пробки из машин на въездах в зоны вылета. Правда, должен сказать, что в конце прошлой недели, уже после объявления в России частичной мобилизации, мне довелось побывать в двух аэропортах Москвы. Километровых очередей и толп не видел, военных патрулей, якобы, как пишут оппозиционные СМИ, отлавливающих в зоне посадки молодых людей призывного возраста, не видел тоже. Но репортажей много, и вряд ли можно считать их выдумкой.

Что происходит? Русские бегут?

И да и нет.

Вопрос в том, кто бежит и сколько их.

В эти же дни — не на границах, а повсеместно в глубине России — другие очереди. У призывных пунктов. Сам видел такую в одном из провинциальных городов. Это уже очереди мобилизованных и добровольцев. И другие толпы. Вернее, не толпы, а уже стройные шеренги и колонны.

Тысячи, десятки тысяч людей, которые в трудную минуту из России не побежали. Даже понимая, что придется, очень вероятно, ради России рисковать жизнью. И тысячи, десятки тысяч тех, кто их провожает. На их лицах нет особой радости, но есть решимость и сосредоточенность. Это другая, настоящая Россия. Но ее нет в фейсбуках и инстаграмах, разве что в военкоровских Telegram-каналах иногда мелькнут эти лица — лица защитников Родины. Я мог бы назвать их героями, но не стану. Потому что это нормально — защищать свою страну в трудную минуту.

Мы отвыкли от такой нормальности за десятилетия мира, а в последние тридцать лет гедонистического безумия многие эту нормальность стали считать маргинальной. Теперь безумие проходит, надеюсь надолго.

Но, отдавая дань уважения защитникам Родины, я, когда-то честно отслуживший три года на флоте, но выбывший уже из всех призывных возрастов, невольно думаю о тех, кто бежит. Кто способен за день-другой сорваться и ринуться неведомо куда, все равно куда — в Эстонию, Финляндию, Грузию, Узбекистан, Киргизию. Бросить все — привычные дела и заботы, проекты, работу, престарелых родителей, друзей и любимых.

Что они будут делать там, эти наши «граждане мира», — на чужбине, где их никто не ждет, где им никто особо не рад, где лишь немногие найдут достойную работу, не говоря уже о комфортном жилье? Чем будут заниматься? И самое главное: когда они вернутся, как они будут смотреть в глаза тем, кто не побежал осенью 2022 года? Или им, как говорится, все «божья роса»?

Как пронзительно, пророчески звучат сегодня написанные почти 75 лет назад строки поэта Михаила Исаковского!

«Летят перелетные птицы
В осенней дали голубой, —
Летят они в жаркие страны,
А я остаюся с тобой».

Поэт писал о Родине. Эти стихи, ставшие когда-то популярной песней, Исаковский написал в 1948 году, вскоре после окончания Великой Отечественной войны.

А вот интересно, если бы в ее начале, летом и осенью 1941-го, молодые мужчины нашей страны повели бы себя так, как эти их правнуки, штурмующие сегодня пограничные пункты? Чем бы закончилась та война? И не нужно, не нужно их оправдывать — дескать, это разные ситуации, изменилась эпоха, да и не объяснили им якобы, за что воюем. Всем все объяснили, всем понятно — воюем за Россию, только там, на южном фронте, воюем за то, чтобы этот фронт не стал со временем подмосковным, как в 1941 году.

И если бы даже ситуация у нас была такой же, как в 1941-м, уверен, эти — те, кто покупает на границе велосипеды за 70 тысяч, придумали бы себе иные причины.

Тот, кто бежит от частичной мобилизации, побежал бы и от всеобщей. «Что ими движет?» — спросите вы. Думаю, не только чувство страха, но и готовность предать Родину. Это горькая правда: в стране стало слишком много людей, которые не готовы за нее сражаться и, если надо, умереть.

Я не хочу читать им морали, хотя бы потому, что бесполезно. Теперь я хочу поговорить о других. О тех, кто не побежал. Ведь даже в Москве, привычно слывущей городом «креаклов» и мажоров, эти другие в большинстве.

Со многими молодыми ребятами и пожившими мужиками я говорил в эти дни о мобилизации — и с племянниками, и с зятьями, и с друзьями, и с сыновьями друзей. Почти все — успешные, состоявшиеся по меркам нашего дня люди, с образованием, с хорошей работой или учебой, с перспективами. Но общий тон разговоров осени 2022 года таков: «Если Родина меня позовет, я пойду. Я не буду прятаться, не побегу. Это моя страна. И ее надо защищать!».

Я думаю, что моя страна не должна забывать, кто и как повел себя в эти осенние дни 2022 года. Я уверен, что она в состоянии отблагодарить тех, кто не предал ее в трудное время. Потом, после окончания всех военных действий, страна должна показать, что поняла, в ком ее настоящая опора и настоящая надежда. Им, тем, кто пошел зимой — осенью 2022-го добровольцем или мобилизованным, везде должен быть потом зеленый свет.

При поступлении в вузы и колледжи, при приеме на государственную службу, при отборе кандидатур на замещение руководящих постов, при формировании списков кандидатов в депутаты всех выборных властей всех уровней. А еще льготная, вплоть до нулевой, ипотека, помощь при открытии бизнеса, государственные субсидии и гранты на творческие проекты. Конечно, медицинское обслуживание, социальное обеспечение им самим, их детям, их родителям. И так далее и тому подобное.

А вот для тех, кто осенью 2022-го побежал, — извините, государственный свет может быть только один — красный. Я не призываю к тому, чтобы государство кому-то мстило, лишало гражданства, упаси боже. Великая страна не должна опускаться до мести. Но она должна понимать, с какими гражданами имеет дело. И должна уметь дать им понять, с каким государством имеют дело они.

Вы думаете, в анкетах советских кадровиков даже и в 1980-е годы случайно застряли вопросные пункты типа «что делали в 1941–1945 годах», «не находились ли на оккупированной территории» и тому подобные? Не случайно.

Государство хотело знать, как гражданин вел себя в момент истины. Теперь государству проще. У нас век информационных технологий и электронного учета всего и вся. Теперь государство знает — по имени и в лицо — каждого молодого мужчину призывного возраста, который «по личным причинам» пересек границу с билетом в один конец после объявления частичной мобилизации в России в сентябре 2022 года. И наше государство вправе открыто сказать себе: если в трудную минуту я не могу на этих людей рассчитывать, значит, и они не должны впредь рассчитывать на меня. Нет, все права граждан, гарантированные Конституцией, конечно, будут соблюдены. Но ничего сверх того. Никаких бюджетных мест в вузах. Никакой государственной службы. Никаких руководящих должностей в госструктурах. Никаких грантов, субсидий, государственного финансирования их проектов. Никаких экономических льгот и стимулов. Все — по закону, а закон, как известно, суров, но справедлив.

Хорошо бы, конечно, чтобы примерно то же сказало российское общественное мнение. Но на эту тему, если честно, у меня особых иллюзий нет.

И последнее: если Родина скажет, что ей нужна и моя помощь, она может рассчитывать на меня.

Нам важно ваше мнение!

+54

 

   

Комментарии (0)