Дервиши: сокровище, сокрытое в сердце ислама

© Игорь Ставцев/Коллаж/Ridus.ru

Мистический и древний Ближний Восток. Когда люди слышат про этот таинственный регион в подобном контексте, многим невольно приходят на ум дервиши и факиры.

Так кто же они, эти мистики песков и каменистых пустошей? Разберемся.


Суфии. Кто они

Едва ли найдется человек в нашем мире, который не слышал о них. Суфизм называют мистическо-аскетическим направлением в исламе, которое начало формироваться еще при жизни пророка Мухаммада (Да благословит его Аллах и приветствует). Это утверждение верно лишь частично.

На заре ислама данная культура еще не оформилась. Пророк Мухаммад (благословит его Аллах и приветствует) был жив, и лично мог передавать общине всю суть учения и ритуалов. Каждый мог задать ему любой вопрос и получить на него ответ. Но в то далекое время многие аскеты уже брали на себя большие обязательства перед Богом, чем это предписывала религия. В устном предании передается, что мусульмане того времени совершали множество дополнительных молитв, и пророку (благословит его Аллах и приветствует) приходилось даже удерживать свою общину от излишеств в аскетизме.

Мусульманские ученые и историки — исследователи разделяют историю суфизма на три периода: период аскетизма, называемый зухд, период суфизма называемый тасаввуф, и период суфийских братств, называемых тарикаты. Само слово «суфий» происходит, по официальной версии, от арабского суф ‎— шерсть‎. Грубое шерстяное одеяние издревле считалось обычным атрибутом аскетов-отшельников, «божьих людей», а также мистиков на Ближнем Востоке.

Однако сказать точно о происхождении данного термина сложно. Некоторые связывают его с греческим словом «София» — «мудрость». 

Так или иначе, название укоренилось и стало общеизвестным. Нужно сказать, что слово «тасаввуф», «суфизм» в Коране не упоминается. 

Но необходимо понимать тот важный момент, что для истинных суфиев пророк Мухаммад (благословит его Аллах и приветствует) является образцом поведения. Посланник проводил время в молитвах и постах, никогда не жил в роскоши и полагался только на Аллаха. Разумеется, этот аскетический путь видели сподвижники, передавая этот образ жизни из поколения в поколения. Так начала формироваться традиция.

Некоторые ученые называют причинами возникновения суфизма социально-политические неурядицы первых двух веков существования общины, и общее усложнение религиозной жизни, сопровождавшееся углубленными идейными и духовными исканиями.

Я с большим уважением отношусь к подобным изысканиям, но все же, считаю, что побуждающие импульсы существовали на протяжении всей истории ислама. Нужно понимать, что сам по себе ислам идеально охватывает все стороны жизни мусульманина, по сути, являясь как религиозной, так и политической и социальной системой мировоззрения. И в нашем мире всегда будут появляться люди, которые захотят получение уникальных, мистических знаний, которые будут отрешены от мира материальных благ. 

Собственно, в самой сути ислама мирское и материальное всегда противопоставляется внутреннему стремлению к совершенству. Здесь нужно рассмотреть несколько важных понятий.

Портрет дервиша.

Портрет дервиша.

© Online Collection of Brooklyn Museum

Что такое нафс и рух

Такое понятие, как «нафс», трактуется исламской доктриной совершенно определенно. Нафс — животная душа человека, толкающую на совершение плотских деяний, грешных поступков. Нафс — это слепое следование прихотям тела, животным инстинктам.

Нафс — это как бы обиталище шайтана внутри человека. Стяжательство, высокомерие, надменность, любовь к плотским утехам — все это нафс. Требования нашего тщеславия и тщедушия. По сути, нафс — это желание поклоняться самому себе. Вот пример хадиса о нафсе, который оставил после себя пророк Мухаммад (мир ему и благослование Всевышнего): «Сильный человек — это не тот, который одержал победу над людьми, но тот, что обуздал свой нафс, пребывая в гневе».

На самом деле, приведенное понятие темной части души довольно примитивно, однако, отражает суть исламского взгляда на вещи. Вот пример ещё одно хадиса о нафсе: «Поистине, настоящий муджахид — это тот, кто сражается со своим нафсом».

Однако есть и другая часть души — рух. Коран говорит об этом: «Они спрашивают тебя о духе (рухе). Скажи: «Дух (рух) от повеления Господа моего. Даровано вам знания только немного». (сура «Перенес ночью», 85)

Рух — это то, что создано по прямой команде Аллаха, Велик Он и Славен, в отличие от обычных вещей, которые возникают в том порядке, который им предопределен Аллахом. Так говорит традиция. Человек, возможно, никогда не сможет понять эту часть своей души. Все комментаторы данного аята сходятся на том, что знание о рухе (его сущности) не принесет людям большой пользы. Этот аят был ниспослан в ответ на вопрос иудеев, заданный Пророку Мухаммаду: «Что такое душа?»

Могила Шаха Рукн-и-Алама расположена в Мултане, Пакистан. Мултан, известный своим множеством суфийских святынь, называют «городом святых».

Могила Шаха Рукн-и-Алама расположена в Мултане, Пакистан. Мултан, известный своим множеством суфийских святынь, называют «городом святых».

© ZainShahid117 / wikipedia.org

Рух противостоит нафсу. Да, у человека нет возможности определить, что такое рух. Однако, мы знаем, что случаются события самопожертвования. Мы знаем, что люди могут спасать жизни других людей ценой своей собственной. Все эти сокрытые в душе сокровища и есть рух. Так или иначе, способность отдавать «последнюю рубашку», жизнь за любимых и жертвовать собой за людей — проявление рух.

Наблюдая кризис религии, суфии стремились к совершенству мира. Они начинали с себя, подавляя все плотское и стремясь укрепить рух, светлую сторону души путем подавления нафса. Именно для этой внутренней борьбы дервиши уходили в странствия и отшельничество, стараясь найти внутреннюю тишину и отрешенность от мирской суеты и материального мира.

Традиция ислама говорит о том, что суть Бога навсегда останется непостижимой для человеческого разума. Исламский богослов Абу Нуайм аль-Асбахани передал в книге «Хильят аль-Авлия» стихи имама Зун-Нуна аль-Мисри:

Господь Всевышний, нет ничего, охватывающего Его,
А Он охватывает нас во всём, наблюдая!
Ни «где», ни «куда», ни «как» не постигают Его,
И не ограничивают его размером и пределом.
И как же Его может охватить грань, в то время как его не видит глаза,
И нет Ему подобного ни одного?
Или, как же Он постигается воображением без уподобления?
Истинно, Он превыше от подобия и потомства.

Именно об этом говорит одна из самых красивых сур священного Корана — «Искренность»:

Он — Аллах — Единый, Аллах — Самодостаточный; Он не родил и не был рождён, и нет никого равного Ему.

Мир непознаваем и люди не могут знать ничего достоверного о действительной сущности вещей. Однако, сталкиваясь с подобным агностицизмом древние мистики востока не сдались. Они поняли, что задача трансцендентального практического опыта не решаема с помощью разума. Но кто сказал, что такие задачи должен решать разум? Известный исламский поэт и ученый 11 века Джалаладдин Руми писал:

Существует город, где ты найдешь всё что пожелаешь — привлекательных людей, удовольствия, всяческие украшения — всё, чего жаждет естество. Однако ты не сможешь найти там и одного мудреца. Этот город — человек. Будь там хоть сто тысяч достижений, но если нет главного — любящего сердца — то лучше бы этому городу лежать в руинах.

Практически все практики исламских мистиков сосредоточились на аспекте любви к Богу. Идеал совершенный человек, по мнению суфиев, это тот, кто победил своё эго (нафс) и достигший состояния высшего духовного самосовершенствования, просветления, после того как преодолел неверие. 

Здесь следует пояснить, что приверженцы тасаввуфа не довольствовались преодолением неверия разумом и логическими доводами. Идя путем аскетизма и сосредоточения любви к Аллаху в своем сердце, они добивались всеобъемлющей вспышки озарения, внутреннего света, который не оставляет больше никаких сомнений.

Краткая история суфиев

Танец дервишей Ордена Мевлеви, снятый фотографом Паскалем Себахом (Стамбул, 1870 г.)

Танец дервишей Ордена Мевлеви, снятый фотографом Паскалем Себахом (Стамбул, 1870 г.)

© Общественное достояние

Постепенно, по мере формирования традиции, начали развиваться различные школы и направления в суфизме, которые именуются словом «тарикат». По своей сути, тарикат это даже не школа, а метод духовного возвышения и мистического познания Истины, поиск той самой вспышки внутреннего света, о которой мы говорили выше. 

В своей массе, на ранних этапах развития традиции к суфийским шейхам не приходило множество образованных людей. Тасаввуф начинал свое развитие скорее как «народное богословие», оперировавшее достаточно понятными терминами. Учение рассматривали как путь, проходя который адепт очищается от «мирской скверны» и сближается с Аллахом. По мнению мистиков, не было никакого смысла в культе учености, если нет внутреннего озарения и состояния даже не абсолютной веры, а, скорее, абсолютного доверия к Богу. Акцент делался на искренность и бескорыстие.

В связи с этим, как и в других мистических учениях, суфии стали разрабатывать способы внутреннего самосозерцания и самоконтроля.

В XII—XIII веках суфизм становится важным элементом религиозной жизни мусульманского общества. С другой стороны, это провоцирует сопротивление многих суннитских богословов, которые почувствовали соперничество и угрозу со стороны суфийских учителей. Как уже было сказано, тасаввуф очень быстро захватывал умы народных масс в среде мелких торговцев, ремесленников и караванщиков. Ведь не нужно быть абсолютно грамотным, что бы восхищаться звездным небом, закатом и восходом в пустыне, радоваться зелени растительности в оазисах? Ведь все это — восхищение творением. И в своих практиках, во многом, суфии достигали состояния бесконечной любви к Творцу через созерцание творения, окружающего мира и самосовершенствование. Это было, с одной стороны, достаточно сложно. Но для этих практик не нужно было изучать тысячи книг, посвятив себя полностью и целиком книжному знанию.

Абу Хамиду Аль-Газали, исламский богослов суннитского толка, правовед и философ 11-го века внес, вне всякого сомнения, огромный вклад в примирение и интеграцию суфийских идей с классическим суннитским богословием. Польза тасаввуфа, по мнению аль-Газали, это направленность его учения на нравственное совершенствования человека. Но Газали отвергал притязания суфиев на онтологическое единение с Богом и признавал «единение» лишь как символ постижения божества высшей познавательной силой.

И вот здесь, по моему мнению, он был прав. Дело в том, что Газали жил в очень непростое время. Сам богослов имел прекрасное образование, начал постигать исламские науки еще в детском возрасте и был, вне всякого сомнения, величайшим ученым своего времени. Его приглашают в Багдад, Газали преподает исламское право (фикх) в самом престижном медресе, жизнь и карьера складываются как нельзя лучше. И вдруг…

«Танцующие дервиши», (ок. 1480/1490 годы) и «Шесть суфийских мастеров», ок. 1760 года

© автор левой гравюры Камал уд-Дин Бехзад

В 1095 году аль-Газали под предлогом совершения паломничества вместе с семьёй покидает Багдад. Сам аль-Газали объясняет свой поступок следующим образом:

Затем, понаблюдав за собой со стороны, я нашёл своё положение опасным для меня, и что я очень привязался ко всему тому, что приобрёл из благ земной жизни, и всему тому, что окружало меня. Затем я, проследив за своими делами, заметил, что лучшее, чем я могу быть занят, — это преподавание и обучение. Но это были науки, не приносящие пользы на том свете и не столь важные для земной тленной жизни. Я вспомнил о своём намерении обучать, и оказалось, что делаю это не чисто ради Аллаха, а ради славы и почёта. Тогда я убедился, что нахожусь на краю пропасти и в итоге могу попасть в Ад, если не возьмусь за исправление своего положения. И поэтому я решил выехать из Багдада, поскольку мысли о моём положении не давали мне покоя, но моей душе (нафсу) это отнюдь не понравилось, и она стала мне противиться. И, таким образом, я стал колебаться между своей необузданной страстью и эгоизмом и призывами того света до тех пор, пока дело не перешло от выбора к необходимости…

Почувствовав, что нафс может победить рух, ученый 11 лет проводит в отшельничестве. И здесь мы видим, как ученый богослов становится на путь ученого-дервиша.

Но уже в его век различные шейхи тарикатов начинают требовать от своих учеников абсолютного подчинения. С одной стороны, это можно объяснить тем, что в традиции суфиев учитель является для ученика проводником в пустыне непознанного, которому следует безоговорочно доверять. С другой стороны, такое положение дел начало давать определенные сбои, открывая двери для тщеславия у самих шейхов. 

В тарикатах появилась своя иерархия. Возник своеобразный культ святых, с чем совершенно были несогласны суннитские богословы, так как ислам отвергает любое предание Богу сотоварищей, посредников или «спецпредставителей», как уже было заявлено в начале статьи. 

Появился культ «чудес», связанных с деятельностью шейхов тарикатов, в результате которых нарушались законы мироздания, физики и, иногда, совершенно неумолимой логики. Появились легенды о возможностях шейхов летать, ходить по воде, преодолевать огромные расстояния за несколько секунд. Из-за этих веяний возникла чудовищная вульгаризация суфизма, упрощение и, по сути, профанация его теории и практики. 

Это вызывало законное осуждение как со стороны суфийских авторитетов, так и со стороны ортодоксальных суннитов, критиковавших суфизм за практику «недопустимых новшеств» и извращение положений шариата. К сожалению, из-за всей этой волшебной мишуры сокрытое в сердце сокровище суфизма, которым является внутреннее перерождение человека, его способность принимать мир таким, какой он есть и прекращение всех внутренних конфликтов — все это уходило на второй план. Но, разумеется, этот кризис не смог прервать настоящей традиции. Просто тасаввуф стал «путем не для всех».

Новая школа

Суфийский молитвенник эпохи Великих Моголов из ордена Чишти.

Суфийский молитвенник эпохи Великих Моголов из ордена Чишти.

© collections. lacma.org

На сегодняшний день ситуация стала еще более «гротескной». Начатый некогда «культ чудес» выродился в достаточно странные формы, от участия ложных суфиев в фестивальных балаганах типа «битвы экстрасенсов», до не менее смешных «академиков всех мистических академий» и мошенников, которые утверждают, что нет никакой необходимости быть мусульманином, что бы стать суфием. 

Мошенники проводят «семинары и суфийские практики», пишут книги, успешно осуществляя отъем денег у населения. Весь этот порочный балаган весьма неплохо интегрировался в движение «нью-эйдж».

С другой стороны, соблюдающие все предписания ислама мусульмане теперь могут изучать труды величайших суфийских ученых, поступать в медресе, изучать арабский язык и обращаться к суфийским шейхам. Так обстоит, например, дело на Кавказе, где суфийские тарикаты укоренились весьма хорошо и на сегодняшний день являются очень серьезным фактором сдерживания радикального исламизма.

Но все же, главное то, что тасаввуф сумел преодолеть кризис и продолжает заставлять людей задавать себе самим правильные вопросы о пространстве собственной души. Ведь и сейчас находятся люди, которые отрекаются от суеты, уходя, подобно имаму аль-Газали, в длительное паломничества через тайную тропу, через меридианы мира собственного сердца.

Нам важно ваше мнение!

+0

Комментарии (0)