«Авантюризм в науке»: кто и как создавал систему подготовки космонавтов

© Игорь Ставцев/Коллаж/Ridus.ru

© Игорь Ставцев/Коллаж/Ridus.ru

12 апреля 2021 года исполняется 60 лет со дня первого в истории полета человека в космическом пространстве.

Люди, которые готовили полет Юрия Гагарина и разрабатывали методы тренировок, обычно остаются за кадром. О работе, которая предшествовала первому полету за пределы земной атмосферы, «Ридусу» рассказал психолог, физиолог Леонид Китаев-Смык, работавший над программой подготовки первого отряда космонавтов СССР в подмосковном Жуковском в начале 1960-х годов.


В Летно-исследовательском институте (ЛИИ) был в 1959—1960 годах создан отдел авиационной и космической медицины, в котором работали шесть человек. В конце 1960 года шестым оказался я. Еще, конечно, были две лаборантки и уборщица, — вспоминает Китаев-Смык.
Леонид Китаев-Смык и его бывший кабинет в отделе авиационной и космической медицины ЛИИ. Сегодня здесь поликлиника.

Леонид Китаев-Смык и его бывший кабинет в отделе авиационной и космической медицины ЛИИ. Сегодня здесь поликлиника.

© Архив героя публикации

Хотя в первый отряд космонавтов людей набирали из авиации, от услуг военных врачей, которые занимались летчиками, в отделе решили отказаться.

Было решено профессионалов, которые тренировали летчиков, не привлекать. Решили, что они будут тренировать космонавтов, используя приемы летчиков, это было опасно. Таким образом, методику подготовки космических полетов приходилось создавать во время самой подготовки, — рассказал Китаев-Смык.

Команда врачей и физиологов, которой предстояло подготовить будущих покорителей космоса к полетам, формировалась из сотрудников различных московских и ленинградских институтов «по знакомству». Так, Китаев-Смык пришел в отдел авиационной и космической медицины из Института нормальной и патологической физиологии Академии медицинских наук СССР.

Там работал один из руководителей отдела — Андрей Николаевич Клочков. Пригласили меня по дружбе, — рассказал эксперт «Ридусу».

Отдел сотрудничал с лабораторией № 47 ЛИИ, где под руководством Сергея Даревского разрабатывался тренажер — модель космического корабля «Восток». По словам Китаева-Смыка, коллектив Даревского был очень молодым по возрасту и состоял из его вчерашних студентов в МВТУ имени Баумана. Поэтому начальство порой не принимало его всерьез.

Когда стали делать тренажер пульта управления «Востоком» для космонавтов, то обращались во все авиационные КБ, и все отказались. Никто не захотел связываться с рискованным космическим проектом и отвечать в случае провала за гибель космонавта. Тогда к Королеву пробился Даревский и заключил от имени лаборатории № 47 договор с его конструкторском бюро. Когда об этом узнали в ЛИИ, то созвали партсобрание и вынесли Даревскому строгий выговор с занесением в личное дело за «авантюризм в науке»: в летном институте он, видите ли, каким-то космосом занимается, — добавил эксперт.

Тем не менее команда Сергея Даревского изготовила тренажер — копию «Востока» с пультом пилота-космонавта, конструкция которого позже использовалась в настоящих космических аппаратах, в кратчайшие сроки — с отображением информации о положении корабля на орбите, с индикацией работы всех бортовых систем и телеметрии, с системой управления космическим кораблем в полете и при спуске.

Ведущий тренер-инженер управляет тренажером.

Ведущий тренер-инженер управляет тренажером.

© Архив героя публикации

Американцы тоже засекретили свои тренажеры для астронавтов, а потом выяснилось, что они делали во многом те же самые вещи, — рассказал Китаев-Смык о пульте.
Тренажер «Востока

Тренажер «Востока».

© Архив героя публикации

Леонид Китаев-Смык на фоне здания, где располагалась лаборатория № 47.

Леонид Китаев-Смык на фоне здания, где располагалась лаборатория № 47.

© Архив героя публикации

Тренажер был размещен в лаборатории № 47. Сотрудникам ЛИИ пришлось ломать стену здания, чтобы втащить конструкцию внутрь.

Шестерка первых космонавтов прибыла в ЛИИ в конце 1960 года. Тогда Леонид Китаев-Смык и познакомился с Юрием Гагариным, Германом Титовым и другими будущими покорителями космоса. И в результате этого знакомства остался без кабинета.

В конце декабря 1960 года приходим мы на работу, а нам говорят: «Убирайте столы, шкафы и приборы в ваших кабинетах — будете работать в коридоре». В каждом поставили по две кровати. Вечером в наш отдел вошли несколько молодых офицеров, военных летчиков. Зачем они здесь поселились, нам не сказали, — рассказывает Китаев-Смык.

Гагарина и Титова поселили как раз в кабинете нашего героя. На следующий день психолог столкнулся с будущим космонавтом № 1 лицом к лицу.

Офицеры ходят молча, немного смущенные, немного мрачные. Понимают, что из-за них нас выселили. И тут из моего кабинета выходит блондинчик — старший лейтенант. Он один улыбался. Посмотрел, как я паяю, и говорит: «Дай-ка я попробую». Надо сказать, паял Гагарин умело, — рассказал «Ридусу» Китаев-Смык.

Яркие впечатления у физиолога оставили и другие космонавты.

Герман Титов был больше похож на поэта или музыканта, чем на пилота, он все-таки вырос в интеллигентной семье. Андриян Николаев на вид был насуплен, неразговорчив. Валерий Быковский выглядел абсолютно спокойным и уравновешенным.

По воспоминаниям Китаева-Смыка, команда для штурма межпланетного пространства подобралась дружная, и тренировки в отделе проходили без эксцессов. Во время тренировки будущий космонавт садился в скафандре в кабину тренажера, по переговорному устройству воспроизводился звук старта ракеты, и после команды «Поехали!» начиналась имитация различных штатных и нештатных ситуаций в полете. Пока один из космонавтов тренировался, остальные наблюдали за его действиями.

Мы наблюдали за тренировками, расспрашивали будущих космонавтов, чтобы определить, не очень ли они возбуждены или утомлены, считали частоту пульса, — сообщил Китаев-Смык о своей роли в тренировках.
Генерал ВВС СССР Николай Каманин принимает экзамен по управлению

Генерал ВВС СССР Николай Каманин принимает экзамен по управлению «Востоком» у Юрия Гагарина…

© Архив героя публикации

...и Германа Титова.

…и Германа Титова.

© Архив героя публикации

Но кроме физической выносливости и технических знаний от советских космонавтов требовалось еще одно немаловажное качество — готовность, по словам врача, к «суперподчинению», которая позволила бы преодолеть любые провокации враждебного «империалистического» лагеря. За этим тщательно наблюдали сотрудники КГБ.

В столовой вместе с членами первого отряда сидела еще одна группа офицеров в летной форме, восемь человек. На них никто особого внимания не обращал. Им поручено было охранять космонавтов, наблюдать за ними, контролировать их поведение и доносить о нем «наверх». На основе их донесений во многом и отбирали кандидатов на полет, — добавил Китаев-Смык.

Именно проблемы с дисциплиной привели к тому, что из отряда космонавтов был исключен Григорий Нелюбов, который должен был лететь третьим после Гагарина и Титова. По мнению Леонида Китаева-Смыка, его космическую карьеру погубили две хулиганские выходки.

Космонавтам строго запрещалось выходить из отдела без сопровождения и без приказа. А Нелюбов как-то раз ушел в «самоволку» — как он сам говорил, за лимонадом. Второй случай был уже в Звездном городке: он устроил в ресторане скандал, вызвали милицию — он нахамил милиционерам и отказался извиниться. После этого его перевели в отдаленный гарнизон в Забайкальском крае.
Григорий Нелюбов так и не полетел в космос.

Григорий Нелюбов так и не полетел в космос.

© Архив героя публикации

Жизнь Григория Нелюбова закончилась трагически: в 1966 году в Забайкалье он погиб, попав под поезд.

Космонавтов готовили и к будущим представительским функциям после успешного полета: им давали уроки риторики, актерского мастерства, навыки ведения интервью. В своей книге «Проникновение в космонавтику» со слов коллеги-психолога Федора Горбова Китаев-Смык писал, что знаменитая гагаринская улыбка — как раз результат подобных тренингов.

До зачисления в отряд космонавтов Юрий Гагарин улыбался, не размыкая губ или закусывая нижнюю губу. Горбов тренировал Гагарина: «Улыбаться, не жалея нижней губы, слегка оттягивая ее вниз».
Улыбка Гагарина

Улыбка Гагарина.

© vk.com

Тогда же Гагарин перенял и знаменитое «Поехали!» от руководителя тренировочной программы летчика-испытателя Марка Галлая, который позаимствовал его, в свою очередь, от своего наставника.

Галлай рассказывал, что еще до войны, когда он обучался, их инструктор перед тем, как повернуть винт пропеллера, приговаривал: «Поехали!» А когда он спросил инструктора, откуда эта присказка взялась, тот объяснил, что она пошла от извозчиков, — рассказал Леонид Китаев-Смык.

Тем не менее, несмотря на тщательную подготовку полетов, в условиях реальной невесомости организм космонавтов реагировал тяжело.

Почти всех в полете затем тошнило. Гагарина слегка подташнивало — у него отрыжка была. Наиболее сильная рвота наблюдалась у Терешковой и Титова, — вспомнил Китаев-Смык.

До 1966 года Леонид Китаев-Смык участвовал в подготовке космических полетов, был занят в разработке планов полета на Марс. Но после смерти Сергея Королева марсианский проект свернули, и, несмотря на сопротивление руководства ЛИИ, Китаев-Смык перешел в Институт психологии АН СССР. В 1983 году он выпустил монографию «Психология стресса».

Нам важно ваше мнение!

+0

Комментарии (0)