Почему Степанакерт никогда не будет прежним

© Андрей Бородулин/Ridus.ru

© Андрей Бородулин/Ridus.ru

Что навсегда изменилось в столице непризнанного Арцаха? Андрей Бородулин специально для «Ридуса» подготовил репортаж с места событий.


Четырёхметровый коридор

Ещё летом в Нагорный Карабах вели два живописных шоссе: северное и южное. Теперь единственная дорога, ведущая в Степанакерт, сжалась до узкого коридора. В Лачине этот коридор сузился до четырех метров — примерно столько остаётся для проезда машин по старому мосту, лежащему в стороне от более нового, но пробитого бомбой.

По бетонной полосе шириной в пару человеческих ростов протискиваются и грузовики с продуктами, и автобусы с уезжающими и приезжающими, и вереницы легковушек. Здесь как нигде заметно, как много потеряли карабахские армяне на этой войне, в какие рамки они теперь помещены.

Вернувшиеся из Армении в Степанакерт беженцы на главной площади города.

Вернувшиеся из Армении в Степанакерт беженцы на главной площади города.

© Андрей Бородулин/Ridus.ru

Беженец, вернувшаяся в Степанакерт

Беженка, вернувшаяся в Степанакерт.

© Андрей Бородулин/Ridus.ru

Граффити «Я признаю Арцах» в здании сгоревшего в дни войны магазина.

© Андрей Бородулин/Ridus.ru

Столица без государства

Наверное, найдутся туристы, которые решатся и по вышеописанному коридору, минуя десяток блокпостов, проехать в Степанакерт. Но ни Шуши, ни горных рек у Карвачара и Дадиванка, ни садов в Агдамском районе, ни берегов Аракса путешественникам с «армянской» стороны уже не увидеть.

Да и Азербайджан откроет эти районы для гостей явно не скоро. Впереди процесс разминирования, восстановления, заселения районов гражданами страны-победителя.

Какими бы ни были сроки, о Карабахе как о туристической локации можно надолго забыть.

А что с Арцахом как с государством? Похоже, его уже нет. Арцах остаётся культурно-этническим пространством, но его независимость теперь ещё более условна, чем до войны.

Если раньше решения здесь принимались местными властями вкупе с Ереваном, то теперь, очевидно, вся система управления в осколке республики переориентируется на Москву.

Российские миротворцы — это не просто дежурные на блокпостах, они здесь организаторы множества процессов: от транспортной и гуманитарной логистики до безопасности, восстановительных работ, обустройства новых коммуникаций, как технических, так и между людьми и институтами.

После перемирия даже на вопросы журналистов о возможности попасть куда-то, осветить какие-то события, часто следовал ответ местных чиновников: «Это надо решать с русскими». Или: «Вы можете поехать, но если миротворцы разрешат».

Жители города и беженцы получают гуманитарную помощь в мэрии Степанакерта.

Жители города и беженцы получают гуманитарную помощь в мэрии Степанакерта.

© Андрей Бородулин/Ridus.ru

Помощь представляет собой продуктовые наборы и куски полиэтилена, для нуждающихся в экстренном ремонте разбитых в результате обстрелов окон.

Помощь представляет собой продуктовые наборы и куски полиэтилена для нуждающихся в экстренном ремонте разбитых в результате обстрелов окон.

© Андрей Бородулин/Ridus.ru

Раненый город

Конечно, Степанакерт не так побит, как в первую карабахскую войну, но есть улицы (например, справа от рынка), где целые дома вырваны из тела города, на их месте теперь ямы с обломками. И нелегко их соседям: ведь наступившая зима холодна, а город после боёв недосчитался тысяч стёкол в окнах. Нарасхват разбирают жители куски полиэтилена, выдаваемые вместе с гуманитарной помощью у здания мэрии.

30 ноября сразу три школы открыли двери для учеников, но как минимум одной из них предстоит долгое восстановление. Нередки в Степанакерте отключения электричества, а интернета и хорошей мобильной связи не было вовсе три послевоенных недели.

Раннее утро в Степанакерте

Раннее утро в Степанакерте.

© Андрей Бородулин/Ridus.ru

Икона Богородицы из храма в Шуши, пробитая осколками в результате обстрела. Эвакуирована в Степанакерт, размещена в холле городского отеля.

Икона Богородицы из храма в Шуши, пробитая осколками в результате обстрела. Эвакуирована в Степанакерт, размещена в холле городского отеля.

© Андрей Бородулин/Ridus.ru

© Андрей Бородулин/Ridus.ru

«Мы живём как под прицелом»

Травмированы не только архитектура и городские коммуникации. Травмированы, унижены сами жители. Теперь каждый чувствует, что единственная гарантия его безопасности — миротворцы на границах Степанакерта.

Господствующая над городом высота — старинный Шуши (по-азербайджански Шуша), куда раньше можно было доехать на маршрутке за полчаса, сейчас смотрит на Степанакерт как приготовившийся к прыжку хищник. Ни у одного стоящего там азербайджанского солдата, уверен, нет сомнений, что их армия однажды пойдёт вперёд снова.

 — Мы теперь живём будто под прицелом, — сказала мне одна из жительниц Степанакерта.

Жилой дом, побитый осколками артиллерийского снаряда в дни войны.

Жилой дом, побитый осколками артиллерийского снаряда в дни войны.

© Андрей Бородулин/Ridus.ru

Вновь открывшийся после войны рыбный магазин.

Вновь открывшийся после войны рыбный магазин.

© Андрей Бородулин/Ridus.ru

Вид одной из улиц Степанакерта

Вид одной из улиц Степанакерта.

© Андрей Бородулин/Ridus.ru

© Андрей Бородулин/Ridus.ru

Вернувшиеся, но бездомные

Несмотря на описанные трудности, в Степанакерт действительно возвращаются тысячи людей. Для Минобороны России эти цифры настолько ключевые, что публикуются ежедневно. И это понятно: чем ещё измерить силу «миротворчества», если не числом вернувшихся в свои дома мирных жителей. Вот только не у всех остались дома. Многие из вернувшихся на главную площадь Степанакерта не знают, куда ехать дальше. Ведь их жильё теперь за новой границей — на «освобожденной территории Азербайджана»: в Джабраиле, Гадруте, Шуши, в многочисленных, но недосягаемых теперь деревнях, где осталось всё или почти всё имущество недавних хозяев.

Эти бездомные теперь беженцы ютятся у родственников, в гостиницах, в неотапливаемых пристройках… В большинстве это женщины, ещё не дождавшиеся с фронта, со службы мужей и сыновей. Я многим задавал прямой вопрос: сколько денег у вас осталось? Как те, кому нечего скрывать, они с ходу называли конкретные цифры. И суммы никогда не выходили за пределы пары сотен долларов.

Жизнь с нуля, в частичной блокаде, под взглядом многолетнего противника, бойца на ближайшей «господствующей высоте» — теперь это будущее тысяч карабахских армян.

24 ноября. Разрушения от обстрелов в дни войны. Жилой район Степанакерта.

24 ноября. Разрушения от обстрелов в дни войны. Жилой район Степанакерта.

© Андрей Бородулин/Ridus.ru

Центр Степанакерта

Центр Степанакерта.

© Андрей Бородулин/Ridus.ru

25 ноября. Прохожая в одном из дворов Степанакерта.

25 ноября. Прохожая в одном из дворов Степанакерта.

© Андрей Бородулин/Ridus.ru

Степанакерт перед закатом солнца

Степанакерт перед закатом солнца.

© Андрей Бородулин/Ridus.ru

Разрушения от обстрелов в дни войны. Жилой район Степанакерта.

Разрушения от обстрелов в дни войны. Жилой район Степанакерта.

© Андрей Бородулин/Ridus.ru

© Андрей Бородулин/Ridus.ru

Верные и остающиеся

Я измеряю здесь всё взглядом и мыслями, отточенными на других конфликтах. Забываю, будто не знаю, что разрушенный в первую войну, в начале 1990-х, Степанакерт не только продолжил жить, но и вырос, укрепился.

Некоторые европейские редакторы, получая фотографии и видео о возвращении беженцев в Степанакерт, не могли поверить в указанную локацию, меняли титр на Ереван. Потому что недавний опыт Европы однозначно указывает, что если беженец, то ушёл навек в поисках лучшей жизни, с намерением навсегда обосноваться на новом месте, что беженец с детьми не может вернуться к своему жилищу лишь спустя пару недель после того, как по нему били ракетами.

Непостижима тяга карабахских армян к дому. Слишком уж много в Степанакерте глав семей, отцов, дедов и бабушек, кто жил на фронте. Кто жил в подвалах не только сейчас, но и много лет назад. Они без усилий и лозунгов удерживают здесь молодых. Молодым стыдно уехать, если старшие остаются.

Жительница Степанакерта на крыльце своего полуразрушенного дома

Жительница Степанакерта на крыльце своего полуразрушенного дома.

© Андрей Бородулин/Ridus.ru

Женщина на рынке готовит традиционный пирог (лепёшка с зеленью

Женщина на рынке готовит традиционный пирог (лепёшка с зеленью женгялов-хац).

© Андрей Бородулин/Ridus.ru

На чёрно-белом фото — мой новый друг из Степанакерта Тигран. На снимке ему шесть лет, а сейчас — 34. Тигран держит дворовую собаку, покинув ненадолго подвал-бомбоубежище. В этот момент его и снял на камеру сосед. Удивительная радость на лице, ни тени войны.

6-летний Тигран, житель Степанакерта в 1994 году, во время Первой Карабахской войны. Снимок из семейного альбома.

Шестилетний Тигран, житель Степанакерта в 1994 году, во время первой карабахской войны. Снимок из семейного альбома.

© Андрей Бородулин/Ridus.ru

Тигран, житель Степанакерта в 2020 году, по окончании Второй Карабахской войны, со своей детской фотографией

Тигран, житель Степанакерта в 2020 году, по окончании второй карабахской войны, со своей детской фотографией.

© Андрей Бородулин/Ridus.ru

В эту войну во двор Тиграна упала кассетная бомба. Беседка, которую они строили с братом, пробита осколками. Мы собирали рядом маленькие томаты, боясь наступить на ещё один снаряд. Изрешечена осколками крыша дома, который родные Тиграна только начали строить для своей увеличившейся семьи, взяв кредиты.

29 ноября. Первый в 2020 году снег в Степанакерте

29 ноября. Первый в 2020 году снег в Степанакерте.

© Андрей Бородулин/Ridus.ru

Но я видел в их семье такие же светлые улыбки, как на этом чёрно-белом снимке. Они остаются.

Нам важно ваше мнение!

+0

Комментарии (0)

В других СМИ:

Картина дня

Бездна новостей
Все новости
распахнутьcвернуть

гражданская журналиcтика

Голые дворы без газонов, деревьев и детских площадок.

Устрицы уже не первый век манят российскую публику.

В Приморье есть одно очень интересное место.

интересное

Геймеры уже перестали верить, что экранизация когда-нибудь выйдет.

Числа внушают: вариаций интерьера, например, всего 2663.

Художница продемонстрировала концепт-арты ранней версии игры.

Что думают бизнесмены о своем ближайшем будущем?

полезное

Таким образом злоумышленники пытаются получить доступ к персональным данным клиентов банков.

Благодаря этому способу врачи смогут точнее предсказывать риски и определять лучшее лечение.

Детям нужны овощи и фрукты, но им не стоит питаться только ими.

развлечения

Ещё один нюанс, о котором следует помнить перед покупками.