Тюремные университеты: уклад нового запрещенного движения

© Игорь Ставцев/Коллаж/Ridus.ru

© Игорь Ставцев/Коллаж/Ridus.ru

«Семки есть? А деньги? Нет? А если найду?»

Кто в детстве не встречался с гопниками? Наверное, только тот, кто сам был им.

В каждой школе есть те, кто не гнушается почистить карманы в общих раздевалках, портфели на переменах или где-нибудь в коридоре зажать в углу очкарика и требовать полтинник, выданный тому мамой на школьный обед. Для родителей это «дурные компании», для «ботанов» — хулиганы, для детской комнаты милиции — будущие воры и грабители. Гопники существовали даже тогда, когда в Питере «государственным общежитием пролетариата» и не пахло. Правда, и назывались они иначе — разбойники.


Немного истории

Так устроена природа: отобрать кусок мяса менее энергозатратно, чем это мясо поймать и разделать. Со временем социум наложил свои ограничения на беспредел, и еду теперь приходится добывать честным трудом. Но не всем. Одиночки, преступившие через нормы, сбиваются в группы — так появляется организованная преступность. На территории бывшего СССР у организованной преступности есть и своя идеология.

Сформировалась она в местах лишения свободы, и именно там эти неписанные правила живы до сих пор. «Порядочный арестант», «жизнь ворам!», «разобраться по понятиям» — эти словосочетания у многих обывателей на слуху, но только тот, кто сам прошёл места заключения или с детства вращается в среде шпаны знает, что на самом деле означает «Воровской закон».

Правила, по которым можно сделать карьеру в преступном мире

© Дмитрий Ефремов/ТАСС

Свод правил, благодаря которым преступный мир отстраивает иерархию, имеет рычаги воздействия и поддерживает определённый порядок в тюрьмах, называется «арестантский уклад». Он един для всех преступников: и для случайно попавших за решётку мужиков, и для тех, кто свою жизнь решил посвятить криминалу живущих, и потому «арестантский уклад един» (сокращённо АУЕ*). Только те, кто сотрудничает с администрацией, живут вне «арестантского уклада», но к ним у криминала и отношение соответствующее.

Не воровать у своих («не крысятничать»), не доносить администрации («не стучать»), поддерживать бедолаг в карцере («греть крышу»), скидываться в общую казну («уделять на общак») — «романтика» блатной жизни водоворотом затягивает подростков.

Когда нет интересных идей у государственных структур, альтернатива появляется у негосударственных. Карьерная лестница в криминальном обществе работает куда лучше социальных лифтов государства. От пацана и шпаны до «бродяги» и «вора» — зачастую если из неблагополучной среды подростку вырваться практически нереально, то в криминальной среде он имеет хороший шанс стремительно взлететь, обеспечив себе и финансовое состояние, и уважение среди таких же, как он.

Воспитательные колонии малолетних и спецшколы для трудных подростков — как питательный бульон для микроорганизмов, в них АУЕ обрастает множеством надстроек. Малолетки «поднимаются» во взрослые лагеря и, если им повезло и лагерь «чёрный» (лагерь контролируется и управляется самими заключёнными через договоренность с администрацией), их взгляды укрепляются, и на волю они выходят матёрыми уголовниками, несущими в себе не только знание тюремных университетов, но и подкреплённую опытом идеологию АУЕ. Так семена «арестантского уклада» прорастают на вольной почве. Жизнь по понятиям подчиняет себе и тех, кто никогда не бывал за решёткой.

Беспредел девяностых внёс свои коррективы, многие «пункты» воровского закона нынче непопулярны даже у самих «воров» (запрет жениться, иметь недвижимость, получать прибыль от торговли наркотиками и сутенерства), но романтика АУЕ остаётся среди молодёжи и поныне.

И вот уже вчерашние школьные хулиганы сегодня становятся полноценными членами разветвлённой структуры преступного мира. Кураторы прямо из тюрем назначают ответственных («смотрящих») за школой и городским районом, организовывают «общак». Вчера отобранные в классе у лоха сто рублей шли на пиво и сигареты — сегодня десятина уже отчисляется «старшим братьям». Вчера слабых одноклассников просто чмырили — сегодня в некоторых районах есть школы с партами для «опущенных», и одноклассники обязаны ежемесячно отчислять «на общее».

АУЕ: из воров в экстремисты

© Гавриил Григоров/ТАСС

Бедность, алкогольная и наркотическая зависимость взрослых, социальная незащищённость детей и подростков, безработица, разобщённость, утеря доверия к школе и учителям — этот список заезженных причин роста преступности в любом государстве и есть питательная среда для «арестантского уклада». Как преодолеть это — вопрос к государственным мужам. В разных странах с ней и справляются по-разному: где-то жёстким пресечением преступности, где-то социальной профилактикой и улучшением условий жизни, у нас же нашли свой путь, отличный от всех.

«Верховный суд России признал экстремистским международное общественное движение АУЕ», — заявил генпрокурор Игорь Краснов.

То, что на языке правоведов называлось организованной преступностью, вымогательством и «вовлечением несовершеннолетних в преступную деятельность» и, по идее, должно решаться в рамках борьбы с организованной преступностью, нынче на законных основаниях зовётся «экстремизмом». Борцы с инакомыслием на политическом и религиозном поле из отдела «Э», скорее всего, получат дополнительный бюджет на перевоспитание трудных подростков, то есть потенциальных экстремистов. В принципе, опыт есть, как-никак именно они и были раньше УБОПом.

________________________

«Арестанский уклад един» — АУЕ — запрещенное в России общественное движение.

Нам важно ваше мнение!

+0

Комментарии (0)