Тюремные университеты: о мистике в лагерях

© Игорь Ставцев/Коллаж/Ridus

За миг до того, как силикатный кирпич размозжил голову дракончика, тот успел мне подмигнуть.

А дело было так.

После очередной проверки осуждённых — по картотеке и по «пятёркам», — ко мне подошёл незнакомый зек. Молодой и с флюсом.

— Вечер в хату! — пошутил он. — Не занят?

Заметив, что я раздумываю, он быстро добавил:

— Я по сути. Мне посоветовали именно тебя.


Всё ещё думая, что ко мне подлетела очередная «чайка» — попрошайка, я подозрительно спросил:

— Кто посоветовал?

Вместо ответа он неопределённо махнул в сторону бараков.

Я давно не ищу новых знакомств, тоскую по тишине и хотя бы по полчаса в день стараюсь гулять где-нибудь в стороне от пустобрёхов и болтунов. Вот и сейчас я уже было хотел распрощаться с незнакомцем, как вдруг мой взгляд упал на маленькую, ярких красок стеклянную фигурку. Это был дракончик. На воле подобные сувениры продаются в каждом ларьке. Их дарят, когда иное дарить не на что.

Но из-за тюремного дефицита сочных красок, игрушка в заскорузлой руке зека показалась мне волшебной. Ею хотелось обладать.

— Что это? — спросил я.

— Это моя проблема, — ответил зек.

Я скрыл удивление в усмешке:

— Что же это за проблема такая, что тебе аж меня порекомендовали?

Немного замявшись, он ответил:

— Похоже, меня сглазили. Вот я и подумал, что ты сможешь мне подсобить.

— Что за бред? — рассмеялся я. — Я похож на колдуна?

Среди зеков так много «бабок»! Кто-то где-то что-то ляпнет, другие с радостью подхватят, перемелют кости и тут же вынесут «приговор» — повесят навсегда ярлык.

Зек, будто оправдываясь, тихо пояснил:

— Но ты же месяц назад сжёг куклу. Так что должен во всём этом разбираться.

Это была Масленица! — хотел было крикнуть я, но промолчал. И правда, едва приехав в лагерь, я уже палил среди сугробов костёр и провожал зиму. Мне это казалось чем-то обыденным, вполне естественным. Но прилипшие к окнам зеки, как оказалось, думали иначе.

— Ладно, — вздохнул я, — давай прогуляемся. Рассказывай, с чего ты взял, что тебя сглазили и при чём тут дракон.

— Серёга, — протянул он мне руку. — В отряде за игрой смотрю.

Серьёзный клиент, подумал я и ответил рукопожатием. Мы пошли бок о бок вдоль барака под тёплым, уже почти летним солнышком. На бледном новорождённом небе замерли тонки перья далёких облаков. Свежий ветер ещё холодил лицо, но тяжёлая фуфайка уже казалась тяжёлой, лишней.

Антон Мухачев.

© facebook.com

Я сосредоточился на словах нового знакомого.

— Это какая-то чертовщина, — начал Сергей свой рассказ. — Никогда не верил в гороскопы, сглазы и прочую мистическую хрень. Но недавно ко мне приезжала жена. На свидании-то она мне и подогнала этот сувенир. Сергей покатал на ладони дракончика, и солнечный свет заиграл в нём, будто в драгоценном камне. Определённо, я уже считал эту игрушку своей.

— Я поставил его на подоконник в отряде и забыл о нём, — продолжал он. — Через неделю у меня вздулся флюс. Ещё через пару дней на харе повылазили фурункулы. В детстве ни прыщика, а тут такая хрень по всей морде! Сергей повернулся ко мне, и я сочувственно покачал головой. Выглядел он, и правда, неважнецки. Словно у старого футбольного мяча вылезла грыжа, а дети всё пинают и пинают его. Ещё немного, и он лопнет, забрызгав округу гноем перезрелых угрей. Но противно мне не было, на этапах я встречал и куда более запущенных зеков.

— А как-то утром стал расчёсываться — волосы клочьями лезут! Вот тут-то я и перебздел! Звоню жене, думаю каких-нибудь витаминов попросить. Слово за слово, заговорили о драконе. И оказалось, что это не от неё подарок, а от моей бывшей.

— О, как! — удивился я. — Они дружат?

— Бабы не умеют дружить, — махнул он рукой, — так, общаются. Когда-то я ушёл от одной к другой, потом вернулся. Женился, — Сергей потёр безымянный палец и сплюнул сквозь зубы. — Но та, другая, похоже затаила зло, хоть и не подавала виду. Звонила иногда, звала в гости, но я уже не вёлся. А вот с женой моей она как-то нашла язык, общались о всяком, особенно после того, как я угрелся в тюряжку.

Я вспомнил своих бывших и подумал, что моя жена вряд ли общалась бы с ними — не потерпела бы даже намёка на конкуренцию.

— Когда бывшая узнала, что жена едет ко мне на свиданку, то попросила передать мне подарок, типа на счастье.

— Ага, — кивнул я, — привалило тебе счастья.

— Вот — вот! Жена и не подумала плохого, я — тем более. Чего нам бояться?

— А почему именно дракона? — спросил я.

— Бывшая в год Дракона родилась. — объяснил Сергей. — Я так и звал её — моё драконище. Но это не важно. Смысл в том, что когда я позвонил ей поблагодарить за подарок да поболтать о том — о сём, она мне с ходу и заявила, что дескать ходила к бабке и та наложила на игрушку порчу. Точнее на меня через неё.

— Какая изощрённая месть! — восхитился я.

— Сглазила, сука! — крикнул Сергей, сжал кулак с драконом и стукнул им по ладони. Я ожидал увидеть осколки, но нет, хрупкий на вид дракоша нагло улыбался и так просто сдаваться не собирался. — Конечно же, я ей не поверил, мало ли что бабы трындят, — заводился он всё больше. — Но стекляшку я смахнул в ящик тумбочки. С глаз долой и всё такое…

— И?

— Утром дракон стоял на подоконнике.

Мы помолчали.

— Может его твой сосед на место вернул? — предположил я. Сергей пожал плечами.

— Я и гадать не стал. Выкинул его в окно.

— Ты на каком этаже? — спросил я.

— На втором.

— И?

— Утром он снова стоял на подоконнике.

Мы помолчали.

— Кто-то над тобой прикалывается, — протянул я ему соломинку логичного ответа.

— Бывшей не до приколов, — покачал головой Сергей. — Я её знаю. Она без проблем и крысиного яду в борщ подкинет, если захочет. И ладно, пусть это всё хрень, но щека… Но моя харя? Но волосы?! Сергей вдруг остановился и повернулся ко мне:

— Помоги, а! Сделай красиво! Отблагодарю от души!

Интерпресс/ТАСС

Я задумался. Лечить зубы с угрями я точно не умею. Но, похоже, он явно сходит с ума, «бак течёт», как, впрочем, и у всех нас по-своему. Если так, то тут надо не лицо лечить, а нервишки.

— Ладно, — вздохнул я, будто решившись. — Проблема твоя решаема.

Сергей облегчённо улыбнулся, но я поспешил пресечь его радость:

— Не всё так просто. Тебе придётся постараться, а гарантий никаких!

— Я готов! — уверенно отрезал он. Я выдержал паузу, то ли размышляя, то ли набивая цену эзотерической консультации.

— Первое, — начал я. — У магов — целителей, ведунов и колдунов есть убеждение, что проклятье можно передать другому человеку, если подарить ему заговорённую вещь. Но он обязательно должен быть предупреждён о нечистом подарке.

Со стороны может показаться, подумал я, будто кое-кого на кое-что тупо разводят. Но Сергей обрадовался:

 — Знаю, слышал об этом! Я даже всучил его одному узбеку в подарок, но на следующий день он вернул мне его, я забыл тебе сказать. Тогда-то я и выкинул его в окно.

— Можешь подарить его мне, — как можно равнодушнее предложил я. Сергей Потеребил мочку уха и внимательно посмотрел на меня:

— И ты не боишься?

— К экстремистам бабкины проделки не липнут, — отшутился я.

Сергей протянул руку. На ладони всё так же улыбался дракоша, но уже как-тот более дружелюбно, что ли. Он, конечно же, был рад встрече со мной.

— Дарю! — торжественно объявил Сергей.

Дракоша тут же перекочевал ко мне в полноправное владение. Я держал его двумя пальцами, заглядывал в его зрачки и радовался игрушке, словно трёхлетний мальчишка.

— И второе, — произнёс я, глядя на солнце сквозь зелёное тело дракона. — Уже куда посерьёзнее. Избавление от сглаза больше зависит от твоих действий, чем от чьих-либо ещё.

— Что нужно делать? — с готовностью завоевать весь мир, отозвался Сергей.

Мы остановились у выложенной из белого кирпича дорожки между бараками. Я поставил дракона на камень и посмотрел на Сергея. Выцветшая синева глаз с россыпью золотых лучей глубоко провалилась в тёмные глазницы. Раздутая щека, словно за ней спрятан мандарин да посев зрелых оспин на лбу и скулах — зек как зек, коих сотня сотен в сотнях лагерей.

— Ты давно был в церкви? — спросил я его.

Сергей не ожидал. Нахмурился, вспоминая. Наконец, он неуверенно сказал:

— Крайний раз ещё на воле. Получается больше года прошло.

Я развёл руками, будто нашёл причину всех его бед. Хуже не будет, обойдёмся без капища, решил я.

— Вот и сходи в нашу церковь да поставь свечку за здравие бывшей, — посоветовал я. — Только от души делай, а не для отмазки. Когда простишь её, тогда всё и пройдёт. — Если раньше не облысеешь, — добавил я.

Интерпресс/ТАСС

Сергей дёрнул головой и зло ответил:

— Эта сука сломанных рук заслуживает или печени отбитой. А ты ей свечку. Да в жопу ей свечку!

Я пожал плечами.

— Хочешь здоровья — лечи душу. А мне, так-то, всё равно. Ты проявил интерес — я сказал, что думаю. В жопу, так в жопу!

Сергей помолчал и кивнул на дракона:

— А с ним что будешь делать? Я секунду повоевал с искушением, но всё же сел на корточки, взял в руки обломок кирпича и, взмахнул им, прошептал:

— Слава Богам… И прощай!

Через два месяца Сергей нашёл меня на шконке с книгой в руках. Он улыбался, как его дракончик когда-то. В его руках был пакет.

— Что это? — я уже начал и забывать о нём и его истории.

— Благодарность, как и обещал, — Сергей поставил пакет с гостинцем и пожал мне руку.

— Неужто помогло? — искренне удивился я. Мандарина за щекой уже не было, хотя красные точки на его лице ещё кое-где светились.

— Не сразу, — признался он, — но это из-за того, что я долго не мог пойти в церковь. Шёл — и возвращался! Чувствовал, что не хочу. Ругался, плевался, а через неделю почуял — пора! И с того дня хожу каждый день на молитву, как за дозняком. Молюсь за здравие и бывшей, и настоящей, и даже за тебя.

— Ну, спасибо, — мне почему-то стало немного стыдно. — Щека, вижу, сдулась.

— И щека на место встала, и кожа чище, и в расчёске волос уже не видно. Всё нормуль, даже срок быстрее побежал! — и он снова протянул мне руку.

— Чудо — чудное, — всё ещё не верил я. — У меня к тебе, Серёга, просьба одна будет. Не говори никому об этом, ладно?

Мне ещё не хватало очередей на привороты по фоткам. Сергей кивнул, попрощался и ушёл. Я полез в пакет и с удовольствием захрустел большим краснобоким яблоком.

С подоконника мне улыбался дракоша.

Нам важно ваше мнение!

+0

Комментарии (0)

Познер обозвал поклонников Сталина рабами

Журналист и телеведущий Владимир Познер резко отозвался о россиянах, которые «преклоняются перед диктатором» Иосифом Сталиным.

«Я не стану говорить о своем личном отношении к нему, оно известно, я не буду повторяться. Я только хотел бы сказать, что люди, которые преклоняются перед диктатором, по сути дела — рабы», — сказано в публикации Познера на его личном веб-сайте.

Столь радикальной оценке предшествовали рассуждения телеведущего о том, что народная любовь к Сталину, равно как и ненависть в людях возбуждает государственная пропаганда, идеологический курс которой за последние десятилетия не раз менялся.


Напомним, в июне Владимир Познер вступился за россиян после того, как писательница Людмила Улицкая заявила что жителям России и Украины «необходимо 150 лет, чтобы догнать европейское общество по уровню развития», а сами россияне якобы стали «излишне агрессивными и жестокими». Тогда Познер ответил Улицкой, что российское общество находится в «трудном переходном периоде».

21 декабря 2018 года исполняется 140 лет со дня рождения Сталина.

Ранее Владимир Познер поделился своим мнением о причине массовой нищеты среди россиян.

Нам важно ваше мнение!

+0

Комментарии (0)