Глеб Кузнецов

Политолог

Член совета директоров Экспертного института социальных исследований (ЭИСИ), член Совета Директоров Фонда поддержки социально-ориентированных проектов и программ «Петропавловск». Индивидуальный член Российской ассоциации по связям с общественностью (РАСО).Помимо «Ридуса», колумнист издан ий «Известия», «Российская газета», «Forbes», «Moscow Times», Znak.com, Lenta.ru. По итогам 2016 года занял 36 место в рейтинге упоминаемости в СМИ среди российских политологов (по версии портала «Региональные комментарии» на основе данных поисковой системы «Медиалогия»).

Все статьи автора
автор

Что стоит за заявлением об «одном большом аэропорте» для Урала

-100690

Мэр Екатеринбурга Высокинский выступил в обычном стиле публичного регионального инфраструктурного лоббиста. Сказал, что на Урале нужен один большой аэропорт — хаб (понятно, с колокольни Высокинского — в Екатерингбурге), а соседние челябинцы туда — в хаб этот — могут подтягиваться по ВСМ (высокоскоростной магистрали), потому что время в пути будет немногим больше, чем от Москвы до аэропорта Домодедово на электричке. Такая транспортная схема собственно и придаст по мнению Высокинского осмысленность существованию той самой ВСМ (она дико дорогая, кстати) раз и самой агломерации (а вместе с ней и межрегиональному развитию) два.

Заявление не сильно приятное Челябинску, конечно, но обладающее формальной логикой и демонстрации некоей заботы и о будущем, и о бюджете. Что можно было бы сделать обиженным челябинцам: рассказать про свое видение «агломерации», объяснить зачем планируется та самая ВСМ, придумать и опубличить какую то идею для собственного аэропорта, которая позволила бы различить по функциям транспортный авиационный хаб в Екатеринбурге и Челябинске.

Что сделали челябинцы? «Заявление провинциальное», «Мы это без последствий не оставим», «А не надо завидовать!», «Заявление, которое хоронит Высокинского как профессионала», «Не по Сеньке шапка», «А в нашем втором городе — Магнитогорске есть аэропорт, а в ихнем втором городе — Нижнем Тагиле — нету», «Тут нет поля для дискуссий», «Поставил себя против федеральных министров и руководства страны» и много прочего в таком же роде. Такая смесь казарменного остроумия, самоуничижения перед лицом начальства в стиле «Слово „губернатор“ пишется с большой Гэ, если речь об отце нашем идет» — и крайне обостренного чувства региональной самости.

Такая вот дискуссия вышла. Один про синергетический эффект, ему в ответ: «Тебя, дебила, начальник твой накажет, потому что наш начальник („Губернатор с большой Гэ“) уже в Москве все согласовал и нечего тут рассуждать».

И было бы все это реально смешной историей, иллюстрирующей разницу в подходах и качестве уральских элит, если бы не одно «но». А ведь действительно. Как и почему принимается решения о том или ином дико дорогом инфраструктурном проекте?

Дорога — ок. А зачем? Откуда и куда. Какую задачу решает. Аэропорт? Ок. А зачем, кто и почему туда будет летать, если рядом такой же. ВСМ эта чертова. А зачем? Какую задачу она решает? Кто будет билеты покупать и грузы таскать?

У нас с советских времен считается, что любой объект такого рода — это хорошо. «Там где раньше тигры, гм, испражнялись, мы проложим магистрали!» — и порядок. Большой инфраструктурный объект — это не просто способ освоить бюджет и дать своим заработать, это памятник «государственного подхода» большого же руководителя. Пирамида на вечную память.

Но ведь вопросы национального инфраструктурного развития это не вопрос воздвижения зиккурата губернатору X с учетом коммерческих интересов групп элиты, ориентирующихся на этого губернатора. Должны быть и другие аргументы, кроме того, что в «городе пройдут международные события, поэтому нам такой мегасупераэропорт нужен, чтобы все гости офигели» и «не вашего скотского ума дела, что там наш Губернатор в Москве пробил».

История про то как поссорился свердловчанин Высокинский со всеми патриотичными челябинцами — это история прежде всего про то, что инфраструктурное развитие нуждается в объяснениях и осмысленности, которых у нас повсеместно — от Сахалинского моста до безумных, уничтожающих жизнь целых сообществ — дорожных и градостроительных проектов в Москве и Московской области — не достает.

Нам важно ваше мнение!

+0

Комментарии (0)

И еще раз о русском языке на Украине.

Поздравляю, по ходу, у нас нормальный человеческий министр культуры.

Курс на деаномизацию пользователей принят большей частью западных стран.

С отчетом о работе правительства Мишустина ждут в Госдуме уже в апреле.

Уход Медведева — это однозначно запланированная история.

Введение исследования интернет-аудитории — адаптация существующего законодательства.

С этим сектору придется смириться. Хочет он того или нет.

Кроме военной поддержки Ирана обязательно понадобится экономическая.

Совершенно неважные, но такие приятные двенадцать.

|статья
Сергей Лунев

Побывал в «Современнике» на постановке Гарика Сукачёва «Анархия».

Официальная позиция Евросоюза по статусу Крыма обязывает делать подобные заявления.

Накануне на улице ко мне подошла бабушка.

Круто, что на жизни нашего поколения мы вернули себе гордость за Москву.

Как надо понимать договоренность с Украиной о транзите.