Войти
Войти через социальные сети
Войти как пользователь «Ридус»

У вас еще нет логина? Зарегистрируйтесь!
Забыли пароль? Восстановить

Свернуть меню

Зарплаты, награды и гостайны: чем боец ЧВК отличается от военных

20 февраля, 13:36 | Катерина Фладунг

О том, что бойцы «частной военной компании Вагнера» подписывают документ о неразглашении сроком на пять лет, «Ридусу» рассказал ветеран Донбасса, воевавший в Сирии в составе ЧВК.

Этот контракт запрещает им сообщать что-либо о компании и своей связи с Вагнером.

«При этом третий пункт контракта очень интересный. Там прописывается, что мы летим туда не как военные, а как гражданский персонал. То есть нефтяники, строители, консультанты по восстановлению инфраструктуры САР», — рассказал мужчина, пожелавший по понятным причинам остаться анонимным.

Военная тайна

Поскольку «ЧВК Вагнера» действует вне правового поля, так как до сих пор в России нет закона о частных военных компаниях, огласка ей совершенно ни к чему. Иначе ее бойцы рискуют пойти под суд как наемники.

Военный обозреватель Виктор Литовкин считает, что потребность в ЧВК сейчас велика, поскольку «там, где не может действовать государство, армия и Росгвардия, деликатные задачи должны решать частники». Но нелегальное положение этой группы заставляет ее руководство сохранять секретность.

«В этом контракте бойцы принимают все обязательства на себя и своих родных. Если, предположим, родные начнут говорить, им могут не выплатить страховые в случае гибели бойца», — пояснил в беседе с «Ридусом» полковник в отставке.

О содержании контракта, который заключают между собой граждане РФ и ЧВК, рассказал военный обозреватель «Комсомольской правды» Виктор Баранец:

Это несколько самодельная вещь. Глава частной компании устанавливает свои правила игры, там не только хранение тайны, там целый пасьянс требований, которые предъявляются к гражданину, поступающему в ЧВК. Им запрещают где-либо называть свои ФИО, место проживания, семейное положение, бывшую военную или иную специальность, местопребывание.

Эти же требования распространяются и на родных бойцов ЧВК. Однако недавно одна из матерей погибшего в Сирии в 2017 году россиянина общалась с прессой, рассказывала о жизни сына и его тренировках на базе в Молькино.

«То, что родственники бойцов тоже вынуждены подписывать некие бумаги о неразглашении, это тоже часть того ореола таинственности. ЧВК — это не проходной двор. Нам бы всем хотелось знать, кто такой Уткин и за что он получил кличку Вагнер, какие задачи выполняют, где они проходят подготовку и так далее. С родственников берут расписку, чтобы эта фирма и дальше была закрытой. Ну может быть, проболтается убитая горем мать, которая скажет, что ее сын работал в частной военной компании, это не существенно. Если мы сейчас захотим узнать об офицерах военной контрразведки, у нас ничего не получится. Ни характер выполняемых задач, ни цели, ни место дислокации. Надо смириться с тем, что в РФ присутствует тайна вокруг определенных структур, будь то государственные или нет», — говорит Баранец.

По словам военного обозревателя, «прикрывать» частные военные компании мы научились у американцев и англичан.

Если наша частная военная компания поехала в Сирию, то только лишь для того, чтобы охранять те нефтяные объекты, на которые российская фирма на законных основаниях заключила с сирийской компанией договор. Чтобы боевики не разгромили этот нефтяной завод, для этого и существует ЧВК. А если спросят, почему же они тогда в боевых действиях участвовали? Потому что террористы хотели напасть на это месторождение. То есть они погибли в бою, выполняя те задачи, которые поставил перед ними хозяин нефтяной фирмы,подытожил Баранец.

Что касается военнослужащих российской армии, то они обещают хранить военную государственную тайну, присягая на верность Родине.

И если все бойцы ЧВК без исключения подписывают документ о неразглашении, то среди российских военнослужащих это касается лишь контрактников. Помимо присяги они дополнительно заключают контракт с Минобороны, где прописано строжайшее хранение военной тайны.

Зарплата

Анонимный экс-боец группы Вагнера рассказал «Ридусу», что когда он подписывал договор с частной военной компанией, там значилась сумма в 240 тысяч рублей.

Впоследствии он получал 150 тысяч рублей, также полагалась премия в размере от 30 до 100% от оклада, в зависимости от выполненных боевых задач. Зарплату выдавали в кассе наличными или же деньги получали родственники по доверенности на учебной базе в Молькино.

«Им же выплачивается компенсация за погибшего. В роте охраны компенсация составляет до 3 миллионов рублей, в штурмовых отрядах — до 5 миллионов рублей за погибшего», — сообщил воевавший в Сирии.

Виктор Баранец утверждает, что зарплаты россиян нелегальной группы на самом деле выше, так как риск быть убитым большой.

Погибший в 2017 году участник ЧВК Евгений Аликов

Что касается окладов военных российской армии, то в этом вопросе все индивидуально. Зарплата зависит от звания, должности, выслуги лет, наличия прибавки за секретность, участие в ополчении и так далее.

Начнем с младших по званию. Рядовой солдат по призыву получает две тысячи рублей в месяц на протяжении года. До 2012-го эта сумма была равна 500 рублям.

Если солдат после шести месяцев службы захотел стать контрактником, он заключает договор с Минобороны и в начале своей службы получает в зависимости от должности примерно 25—28 тысяч рублей в месяц.

Если же такой контрактник поедет воевать в Сирию, его зарплата возрастет примерно в три раза.

В мирное время прапорщик с выслугой 5—10 лет получает около 50 тысяч рублей. Лейтенант — 55 тысяч рублей. Полковник — 90—100 тысяч рублей. Это все среднее денежное содержание, поскольку полковник, который служит в Москве, и полковник из Читы имеют разные оклады,говорит военный эксперт Литовкин.

«Боевой полковник, который находится в Сирии, получает в среднем 210—250 тысяч рублей», — рассказал полковник в отставке Баранец.

Награды

По некоторым данным, в контракте о неразглашении своей деятельности в составе ЧВК прописан добровольный отказ от государственных наград: медалей, орденов и крестов. Некоторые специалисты считают, что это необходимо для отсутствия вещдоков в случае пленения или гибели с потерей тела.

«Они отказываются от госнаград, так как они не выполняют задание государства», — заявил Литовкин.

Вообще решение о награждении военнослужащего достаточно субъективно. Награждать ли, и если награждать, то какой медалью, — это полностью зависит от оценки командования. Именно командир будет писать представление к награде, именно он оценивает подвиг военнослужащего.

Во время ВОВ были определенные нормативы. Например, сбил 10 вражеских самолетов — присваивают звание героя СССР. Какие сегодня существуют нормативы, экспертам назвать сложно, поскольку регулярная армия сейчас не воюет.