Минздрав России обвинен в саботаже донорства костного мозга

© Игорь Ставцев/Коллаж/Ridus

По разным данным, ежегодно в России онкогематологические заболевания диагностируют у 25—30 тысяч россиян. Жизнь многим из них можно спасти с помощью неродственных трансплантаций костного мозга. Таковых, по данным Русфонда, в нашей стране делается до трехсот в год.

Операция эта очень недешева. Поиск и активация донора из международного регистра с доставкой трансплантата стоят 20 500 евро. Но на этом расходы не заканчиваются: последующая реабилитация, требующая, например, приема дорогих препаратов, также влетает в копеечку.

Поиск и активация российского донора обходится примерно в четыре раза дешевле, вот только доноров этих у нас пока не густо — 79 351 человек. Впрочем, четыре с половиной года назад картина была куда более печальная. В России отсутствовала единая база потенциальных доноров костного мозга, существовали лишь отдельные региональные разрозненные регистры.

Чтобы исправить ситуацию, Русфонд объединил эти базы в Национальный регистр доноров костного мозга имени Васи Перевощикова (РДКМ) и занялся рекрутингом потенциальных доноров и типированием их фенотипов.

По сути, это первый в стране по-настоящему национальный благотворительный проект. Миллионы наших граждан участвуют в нем рублем, делом и кровью. За время своего существования РДКМ протипировал 28,5 тысяч человек, потратив на это 542 миллиона рублей.

Типирование — это процедура по определению набора генов, отвечающих за тканевую совместимость. У потенциального донора забирают 9 миллилитров крови, которую исследуют в специальной лаборатории. Корреспондент «Ридуса» подробно описал эту процедуру на личном опыте три года назад. Если окажется, что донор является генетическим близнецом больного, то сможет спасти ему жизнь.

Увы, Минздрав в столь нужной для страны деятельности участия почти не принимает. Чтобы обсудить разногласия, Совет по правам человека при Президенте России провел специальное заседание, посвященное проблемам донорства крови и костного мозга и участию гражданского общества в их решении.

© president-sovet.ru

Горячая дискуссия

О том, что заседание СПЧ будет «огненным», косвенно свидетельствовали свежие выпуски «Коммерсанта» с авторской колонкой президента Русфонда Льва Амбиндера, разложенные в зале заседаний. Статья под заголовком «Чужаки в Минздраве» в деталях описывала проблемы Национального регистра доноров костного мозга имени Васи Перевощикова, связанные с законодательством и действиями чиновников.

Увы, в своей вступительной речи заместитель министра здравоохранения Дмитрий Костенников эти проблемы не упомянул ни словом. Начав с доноров крови, чиновник, несмотря на заявленную повестку, ловко перешел на посмертное донорство органов и связанные с ним вопросы этики и права.

Впрочем, обсуждение удалось вернуть в нужное русло достаточно быстро. Когда слово взял президент Русфонда и член СПЧ Лев Амбиндер, дискуссия и вовсе стала весьма горячей. Без всяких экивоков, с каким-то хулиганским задором, он четко и конкретно расписал все препоны и проблемы, которые приходится преодолевать РДКМ.

«Оказывается, у нас в России отсутствует законодательство по донорству костного мозга. Сорок лет занимаемся [трансплантациями костного мозга], а его нет», — сходу заявил Лев Амбиндер.

«Две недели назад нам было сказано помощником министра здравоохранения Лялей Габбасовой: коль нет закона о донорстве костного мозга, о каких регистрах вы здесь говорите?! Государство уже девять лет вкладывает ресурсы в это дело, а для министерства регистра не существует», — удивился он столь странному стечению обстоятельств.

«Мы придумали программу ускорения строительства регистра на пять лет, первая пятилетняя программа развития НКО на пять лет в стране. Мы придумали программу, к которой можно подключить четыре центра, в которых строятся регистры. Русфонд закупает оборудование, финансирует его эксплуатацию и закупку реагентов, а государственное учреждение выделяет помещение, персонал и назначает руководителя. Для прямого управления этого совместного проекта требуется некое юридическое образование — совместное предприятие с НКО», — поделился планами президент Русфонда.

Казалось бы, какие могут быть проблемы при таком варианте развития событий, однако, по словам Амбиндера, Минздрав не поддерживает идею создания совместных предприятий с НКО.

© Оксана Викторова/Коллаж/Ridus

«Нам было сказано, что мы не имеем права на хранение фенотипов, НКО не имеет права. Мы специально обратились в Роскомнадзор, и Роскомнадзор нам сообщил, что фенотипы являются одним из видов персональных данных индивидуума, и, в соответствии с законом о персональных данных, любой гражданин РФ и юридическое лицо РФ вправе хранить и оперировать персональными данными индивидуума, если этот человек дал письменное согласие на хранение и обработку его персональных данных», — продолжил перечислять острые вопросы Лев Амбиндер.

Таковых оказалось немало. С его слов, в Минздраве вообще сомневаются в необходимости строительства РДКМ, так как зачастую доноров можно найти в международных регистрах. В частности, в США и Германии.

«По нашим данным, мы больше всех в стране закупаем трансплантаты от неродственных доноров Европы. Мы тратим на это 20 500 евро на одного человека: 2,5 тысячи за доставку и 18 тысяч за поиск и активацию донора. Нам сказали, что это нерентабельно и это никогда не окупится, если мы будем создавать свой», — заявил президент Русфонда.

Учитывая, что к некоммерческим организациям термин рентабельности вообще неприменим, подобные рассуждения выглядят весьма нелепо. Есть и другой любопытный момент, связанный с деньгами.

Благодаря внедрению новых технологий Русфонду удалось снизить стоимость типирования одного потенциального донора в Казанском федеральном университете до 7 тысяч. В Санкт-Петербурге, в НИИ имени Горбачевой, та же операция обходится в 14 тысяч.

«В Кирове, в Росплазме, в сопоставимых исследованиях стоимость одного типирования 28 тысяч рублей. На прошлом заседании нам заявили: а при чем здесь деньги? Деньги вообще ни при чем. Я согласен, когда они даются из государственного бюджета, наверное, ни при чем, но у меня нет госбюджета, все деньги мы зарабатываем сами», — рассказал Амбиндер.

Отдельно стоит отметить, что ни в Минздраве, ни в центрах трансплантологии, ни в благотворительном сообществе не понимают, какова потребность России в донорах костного мозга, выраженная в цифрах.

«Мы опрашивали в течение последнего полугода лидеров онкогематологии и получили совершенно разные представления о том, какова потребность в стране в донорах костного мозга и каким должен быть регистр, когда все будет: и закон, и все остальное. Что выяснилось: даже в стенах одного учреждения представления наших ученых совершенно разные», — отметил президент Русфонда.

Взятие костного мозга

© pixabay.com

«Академик Румянцев (Александр Румянцев, главный внештатный детский специалист-гематолог Минздрава. — Прим. „Ридуса“) полагает, что достаточно сначала, он сказал, семи миллионов, потом он сказал, одного миллиона доноров. Как считали, я не понимаю. Потом нам заявили из этого же учреждения, что 20 миллионов надо доноров костного мозга. Мы с Борисом Афанасьевым (директор клиники НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии имени Р. М. Горбачевой. — Прим. „Ридуса“) полагали, что 300—400 тысяч будет в аккурат», — пояснил он.

Увы, никаких конкретных ответов на все эти острые вопросы от представителя Минздрава не последовало. Дмитрий Костенников даже не сказал, предполагается ли разработка закона о донорах костного мозга, отметив, что информацию должен изучить соответствующий департамент министерства.

Стоит отметить, что представители медицинского сообщества в необходимости существования Национального регистра не сомневаются. Из всех присутствующих светил отечественной онкогематологии в его пользе усомнился лишь представитель РДКБ.

Впрочем, есть и другая позиция. Директор крупнейшего в стране благотворительного фонда «Подари жизнь» Екатерина Чистякова заявила, что в приоритете должен быть не поиск потенциальных доноров, а создание новых трансплантационных центров в стране.

«На мой взгляд, сколько бы мы доноров неродственных в российский регистр ни добавили, количества трансплантаций костного мозгла в России не увеличится. Настоящая проблема — это количество коек. Этот вид помощи недоступен, потому что нет коек, нет команд», — высказала она свою точку зрения.

«Самое главное — не построить стены, а подготовить команды — команды гематологов, трансплантологов, трансфузиологов, специалистов лабораторной диагностики. Но помимо подготовки команд требуется создание отделений, и требуется закупка оборудования», — подчеркнула Чистякова важнейшие, с ее точки зрения, проблемы в данной сфере.

© president-sovet.ru

Что дальше

Вопреки всем препонам, Национальный регистр доноров костного мозга успешно развивается.

Несмотря на позицию Минздрава, Русфонду удалось запустить первое совместное предприятие между НКО и государством на базе Казанского федерального университета.

Эта автономная некоммерческая организация (АНО) займется тремя основными функциями: рекрутингом потенциальных доноров, получением их фенотипов и хранением и обработкой персональных данных, которые будут храниться в государственном медучреждении.

За прошедшие четыре с половиной года РКДМ имени Васи Перевощикова удалось протипировать 28,5 тысяч фенотипов (всего в базе РДКМ 79 351 потенциальный донор). В наступившем году в планах РДКМ протипировать 20 тысяч добровольцев.

За типирование заплатит Русфонд, а за поиск добровольцев — государство. В минувшем году РДКМ выиграл президентский грант на сумму 7 миллионов рублей. На эти деньги представители регистра организуют акции по привлечению добровольцев к участию в программе формирования регистра доноров костного мозга по всей стране.

Прямо сейчас такие мероприятия идут в Оренбургской и Волгоградской областях. С десятого февраля аналогичные акции стартуют в Москве и Пермском крае. До конца года они пройдут в 20 регионах, включая Камчатку и Сахалин.

За пять лет, с 2018 по 2022 год, благотворительный фонд готов вложить в реализацию пятилетней программы по ускорению развития РДКМ полтора миллиарда рублей. В эту сумму входит и распространение NGS-технологий. Итогом должно стать увеличение числа потенциальных доноров костного мозга до трехсот тысяч человек. Если, конечно, Минздрав палки в колеса вставлять не будет.

Нам важно ваше мнение!

+0

Комментарии (2)

В других СМИ:

Картина дня

Бездна новостей
Все новости

Возглавивший госкорпорацию Дмитрий Рогозин может привести с собой новую команду специалистов.

«Люди привязаны к месту и по-разному строят свой быт», — рассказывают приверженцы браков выходного дня.

распахнутьcвернуть

гражданская журналиcтика

Что освобождение вора в законе значит для криминального мира?

В последние годы я много летаю с греческой авиакомпанией Aegean, предлагающей самые бюджетные тарифы между странами Западной Европы и СНГ.

|статья

Спорт

В своих историях о детско-юношеском футболе отдельно хотелось бы остановиться на поведении родителей во время футбольных турниров.

Вскоре после Второй Мировой Войны Албания провозгласила себя социалистическим государством.

Говорят, что такие курорты, как Сочи, Анапа и Крым, это чудовищно: куча народу и далеко не из высшего общества, быдлятский сервис, вздернутые на все цены.

интересное

Благодаря новшеству покупатель сможет не стоять в очереди в кассу.

На фоне бушующей лавы вулкана виднеется голубое пламя, которое распространяется по земле.

|статья

Здоровье

​Ученые бьют тревогу: по миру расползается жуткая болезнь, в ходе которой страшные язвы буквально пожирают человеческую плоть. Способы ее лечения неизвестны...

Чтобы это выяснить, ученые изолировали дельфинов в бассейне.

полезное

Если вы устали от постоянного беспорядка в доме, посмотрите, как старые вещи могут помочь с ним разобраться.

Жарка обыкновенного шашлыка может обернуться тяжелыми проблемами со здоровьем, выяснили китайцы.

В исследовании приняли участие 102 человека старше 60 лет.

развлечения

Ксюшу не всегда можно называть Оксаной, а Вадим — это зачастую не то же самое, что Вадик.

И каждая инста-девушка узнает себя на этих фотографиях.

Учёные, политики, музыканты, актёры время от времени произносят такие фразы, которые запоминает весь мир.

С помощью Фотошопа и фантазии девушка превращает порнографические фотографии в чувственные.

«Я не глядя вытаскивала имя персонажа из шляпы и создавала свой портрет. Было сложно и долго, но интересны».