Ах, как изящно Андрей Перевалов вписывает себя в роль трагического героя, терпящего “ужас и удары” ради своих детей. Жаль только, что за этой тщательно разыгранной сценой скрываются куда более прозаичные, но не менее важные факты, о которых журналисты почему-то забыли упомянуть. Во-первых, “совместная квартира”, в которой режиссёр героически отражает нападения, по документам принадлежит исключительно Тамаре, его бывшей жене. Именно она выплачивает ипотеку и пытается вернуть своё законное право на жильё. Но в пересказе Перевалова эта женщина превращается в организатора заговора, только чтобы отвлечь внимание от своего явного нежелания покидать чужую собственность. Во-вторых, Перевалов любит упоминать, что “воспитывает детей один”. Однако забывает рассказать, как методично ограничивает их общение с матерью, настроив их против неё. Тамара, по её словам, не просто борется за право видеть своих детей, но и пытается защитить их от токсичной среды, где отец, судя по всему, систематически манипулирует их восприятием ситуации. Почему вместо объективного анализа ситуации нам предлагают слепо верить эмоциональному рассказу одной стороны? Тамара познакомилась с Переваловым, когда ей было всего 17 лет, а ему — 47. В подвале театра, где проходили не только репетиции, но и регулярные попойки, он умело создавал атмосферу “творческой свободы”. Несовершеннолетняя девушка попала под влияние взрослого мужчины, который выдал это за “покровительство”. Если назвать вещи своими именами, это был не брак, а совращение и использование, замаскированное под “высокие идеалы”. Стоит также упомянуть, что этот самый защитник “семейных ценностей” систематически изменял своей жене, даже когда она была беременна их детьми. Все это подавалось под соусом “свободных взглядов” на отношения — ведь он, конечно же, “творческая личность”. А вся тяжесть материальных, эмоциональных и семейных обязательств лежала на Тамаре. Если бы журналисты удосужились выслушать вторую сторону, стало бы известно, что этот “защитник детей” использует их как инструмент давления, ограничивает доступ их матери и удерживает её собственность, ставя под сомнение саму идею справедливости. Вместо того чтобы заниматься поиском правды, СМИ подыгрывают плохо сыгранному спектаклю, который разваливается под тяжестью реальных фактов.