+1−
Сохранить Сохранено 7
×

Мариуполь-2026: ни чёрных голубей, ни красных воробьёв


Мариуполь-2026: ни чёрных голубей, ни красных воробьёв

© Наталия Курчатова

Когда по пути из Севастополя в Донецк проезжали Мариуполь, в машине была пожилая пара. Женщина шумно восторгалась многопрофильным медицинским центром, новенькими кварталами, чистотой воздуха — день был ясный и море просматриватривалось едва ли не до противоположного берега.

— Мы бывали здесь пятнадцать лет назад. Тогда здесь летали красные воробьи: птиц покрывала ржавая пыль от выбросов металлургических комбинатов. А теперь — словно Москва в миниатюре. Война оживляет! — заключила она.

Я вспомнила Мариуполь весны двадцать второго и внутренне усомнилась в её утверждении. Впрочем, сейчас город действительно выглядел неплохо: свежетостроенные или облицованные дома, молодежные кофейни, зелень. Бывало, попадались военные руины, резали глаз — но этот эффект лишний раз подтверждал общий благоприятный фон.

Несколько дней спустя снова приехала в город. На этот раз мы заходили со стороны Донецка — примерно так же, как той весной. Ну, с небольшой поправкой… Тогда был левый берег, сейчас выехали к порту.

Я выскочила на променаде и пошла вдоль моря. Четыре с половиной года назад на рельсах вдоль побережья стоял замерший состав. А руины не привлекали взгляд, поскольку весь пейзаж состоял из них. Теперь вдоль моря встали новые здания, набережная была очищена и приведена в порядок. Разве что вдалеке, словно твердыня Мордора, выступала из тумана кардиограмма завода «Азовсталь».

Сойдя с променада, вышла на полудикий пляж. На сером песке резвилась стайка бродячих собак: два кобеля с бирками на ушах — то есть когда-то отловленные и стерильные, и молодая наглая сучка. Она зыркнула на меня водяной прозрачности глазами и сделала попытку кинуться. Взрослый черный кобель отпихнул ее боком и поднырнул под мою руку тяжёлой башкой.

Той весной, во время боёв за город, собаки были везде — как и мёртвые человеческие тела. Считается, что пёс, попробовавший человечину, становится опасен: люди для него теперь — объект охоты. На самом деле это не так. Для собаки мёртвая плоть — лишь мёртвая плоть. Я почти уверена, что взрослый чёрный кобель четыре года назад глодал чью-то руку — но сейчас это совершенно не мешало ему подныривать под мою, живую, в поисках ласки.

© Наталия Курчатова

Пожилая женщина стояла, прислонившись к кабинке неработающего туалета, и с нежностью смотрела на чёрного пса. Тот увязался за мною, затем принялся ласкаться к ней, а потом попросту рухнул на песок тряпочкой, подставив пузо ветру.

— Он здесь живёт, у моря. Я подкармливаю его, — сказала женщина и спросила. — Откуда вы приехали?

— Из Донецка, — ответила я, не желая вдаваться в подробности.

— Красивый город, — вежливо ответила она. — Как там сейчас?

— Проблемы с электричеством, с водой.

— Как и у нас. Но это ничто по сравнению с войной. Когда несколько месяцев в подвале, еда на костре. Посуду мыли здесь, в море… Скоблили песком.

— А правда, что в Мариуполе до войны летали красные воробьи, покрытые железной пылью от комбината «Азовсталь»?

— Красных воробьёв я не помню… Но весной двадцать второго все птицы над городом были чёрные. В копоти от пожаров. Черные голуби в нашем дворе — и чёрное облако над морем.

— А чайки?

— Чаек я не помню. Наверное, они улетели.

Мы помолчали немного.

— Сейчас город стал чище, вы не находите?

— Да. Но работы нет. Предприятия закрыты. Выселяют сейчас частный сектор у побережья… Местные выживают, многие уезжают. Возможно, скоро здесь останется только море, — заключила она.

© Наталия Курчатова

Когда мы едем с товарищами обратно, я вспоминаю бойца Виктора «Таркома», что до войны жил в Мариуполе и погиб при взятии завода «Азовсталь», немного не дойдя до своего дома. Он говорил мне, что хотел бы видеть Марик чистым городом с чистым морем, безо всяких красных воробьев — и черных голубей, тем более. Но, чтобы от Мариуполя осталось только море…

Смотрю в это море цвета слюды, так напоминающее мою Балтику. Чёрный пёс встает с подушки ракушечника, почёсывается и бежит вдоль линии прибоя; над пустым пляжем мелькают белые всполохи чаек, а на песке мельтешат воробьи, ссорясь из-за просыпанных мною крошек — воробьи обычного цвета, не красные и не чёрные.

«Ридус» в "МАКСе" – актуальные новости и комментарии

Источник

  • Телеграм
  • Дзен
  • Подписывайтесь на наши каналы и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.

Нам важно ваше мнение!

+1−

 

   

Комментарии (0)