Решение о возобновлении "работ по урану" в период активных военных действий стало важным этапом в процессе создания ядерного вооружения в Советском Союзе.

Как прокомментировала замдиректора по научной работе НИЦ "Курчатовский институт" Екатерина Яцишина в интервью "Известиям", руководство СССР и группа ученых, опираясь на данные разведки о разработках в Германии, Великобритании и США, сделали стратегически значимый выбор. Это решение было принято в условиях, когда успех начинания был неочевиден.

От запуска деятельности в лаборатории № 2 до первого испытания атомной бомбы прошло всего шесть лет. Тем не менее, фундаментальные исследования в области ядерной физики начались задолго до этого. Значительную роль в этом процессе сыграл Владимир Вернадский, выдающийся ученый-энциклопедист и биогеохимик. Он организовал первые экспедиции по поиску урана в Российской империи и основал Радиевый институт в 1922 году, где были произведены первые отечественные препараты радия и построен первый циклотрон.

Позднее физико-технический отдел Радиевого института был преобразован в Ленинградский физико-технический институт (ЛФТИ), который возглавил Абрам Иоффе. Под его руководством в СССР сформировалась целая группа выдающихся ученых. В 1930-х годах в ЛФТИ началось развитие нового научного направления — физики ядра, которая стала ведущей благодаря научной интуиции А. Ф. Иоффе. В 1933 году Игорь Курчатов был назначен руководителем отдела ядерной физики.

На протяжении того времени, наряду с исследованиями по физике ядра как в СССР, так и за рубежом, еще не было четкого понимания о возможности создания нового мощного вооружения. Однако к концу 1930-х годов стало очевидно, что ядерная энергия обладает военным потенциалом. В связи с этим, все работы по данной тематике были засекречены в странах, где шли разработки нового вида вооружений.

• Телеграм
• Дзен
• Подписывайтесь на наши каналы и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.