Китай продолжает развивать и совершенствовать ядерную триаду. На сей раз в поле зрения Пекина оказалась её воздушная составляющая. Четвёртого августа китайская государственная телекомпания CCTV News показала кадры, на которых стратегический бомбардировщик H-6N ВВС Народно-освободительной армии Китая (НОАК) несёт баллистическую ракету воздушного базирования Jinglei-1 («Цзинлэй-1»). При этом бомбардировщик находился в сопровождении как минимум двух истребителей-невидимок J-20. Демонстрация ударной группы стала частью репортажа об учебных совместных ударах по крупному военно-морскому соединению условного противника.

Китайский «стратег» H-6N является модернизированной версией довольно старого советского дальнего бомбардировщика-ракетоносца Ту-16. Данная модель вызывает множество вопросов у военных экспертов. Несмотря на многочисленные модернизации, бомбардировщик видится достаточно устаревшим.

Использование в дальней бомбардировочной авиации разработанных в середине XX века самолётов весьма распространённая практика. Примером являются американский В-52 или российский Ту-95. Однако надо понимать, что даже во времена СССР к прототипу H-6N в лице Ту-16 у военных было много вопросов. Именно поэтому в России он снят с вооружения ещё в 1994 году, в отличие от ныне здравствующего «Медведя» Ту-95.

Советский бомбардировщик плюс истребитель-невидимка XXI века

Судя по показанному CCTV News видео, Китай намерен интегрировать дальние бомбардировщики с истребителями-невидимками для повышения живучести соединений при стратегических ударных операциях, вместо того чтобы полагаться только на одни H-6N.

Вполне вероятно, что в случае оперативного применения такой подход добавит к ядерной триаде Китая еще один более гибкий воздушный эшелон.

Однако из подобной демонстрации можно сделать и другой вывод. Китай по-прежнему не имеет современного дальнего бомбардировщика и вынужден полагаться на самолёт-ракетоносец середины прошлого века.

Объединение с современными истребителями может являться единственным способом повышения живучести воздушного ракетоносца, чтобы позволить ему невредимым добраться до места пуска баллистической ракеты. В такой ситуации не имеющий стелс-защиты H-6N является лишь пусковой платформой, нуждающейся в постоянной опеке современных истребителей.

Продемонстрированные кадры дают представление, как Китай может намереваться сопровождать, обеспечивать и использовать воздушный компонент национальных стратегических ядерных сил.

Ядерная триада

По официальной информации, Jinglei-1 является ракетой большой дальности воздушного базирования, являющейся частью китайской ядерной триады. Общедоступные сведения не подтверждают её дальность, двигательную установку, конфигурацию боеголовки, объём запасов или оперативный статус готовности.

Однако даже с учётом перечисленных неопределённостей сочетание Jinglei-1 с устаревшим бомбардировщиком-ракетоносцем H-6N предоставляет Китаю стратегический вариант доставки, недоступный для стационарных ракетных шахт или подводных лодок. Бомбардировщики могут быть рассредоточены между авиабазами, передислоцированы во время кризиса, перенаправлены на другую ось запуска или отозваны до сброса оружия.

В рамках китайской ядерной триады воздушная составляющая вряд ли сравнится по боеготовности и масштабу с наземными ракетными силами или подводными лодками-ракетоносцами. Её ценность заключается в гибкости, заметности и политическом контроле. Всё это может предоставлять Пекину инструмент для поэтапного стратегического сигнала о готовности к применению ядерного оружия, а в случае отсутствия понимания со стороны противника — мобильную платформу для нанесения удара.

Ограничения

Размеры оружия указывают на ограничения данной концепции. Внешнее крепление увеличивает аэродинамическое сопротивление, снижает манёвренность и расширяет радиолокационную заметность бомбардировщика. Jinglei-1 может позволить H-6N сбросить оружие с безопасного расстояния, но не превращает самолёт в проникающий стелс-бомбардировщик.

Живучесть самолёта-платформы будет зависеть от достижения расчётной линии запуска до того, как силы противника смогут его перехватить. Она будет определяться пока ещё ничем не подтверждённой дальностью полёта ракеты, местоположением и приоритетом назначенной цели, уровнем топлива бомбардировщика, наличием самолётов-заправщиков, противостоящими боевыми воздушными патрулями и устойчивостью китайской системы управления и контроля.

Впрочем, для выполнения задачи H-6N необязательно входить в защищённое воздушное пространство. Его цель будет заключаться в том, чтобы приблизиться достаточно близко для сброса Jinglei-1, оставаясь при этом в пределах защищённого коридора.

«Коридорная система»

Создание такого коридора потребовало бы более широкой ударной архитектуры, включающей истребители J-20, самолёты-заправщики, самолёты раннего предупреждения, платформы радиоэлектронной борьбы, наземные РЛС и защищённую связь. Подобная сеть поддержки могла бы удерживать вражеские истребители и самолёты управления на достаточном расстоянии, чтобы H-6N мог пересечь линию запуска, выпустить ракету и отступить.

Это создало бы серьёзную проблему в управлении эскалацией, поскольку одно соединение бомбардировщиков, самолётов-заправщиков и истребителей могло бы поддерживать обычные операции, подачу ядерных сигналов или фактический стратегический удар. В таком случае у противника резко ограничивается время для определения его назначения во время регионального конфликта.

Jinglei-1 не создаёт неуязвимого сдерживающего фактора, но даёт Китаю более гибкий стратегический вариант, эффективность которого зависит от сложной и потенциально уязвимой сети вспомогательных средств.

Роль J-20

Истребители J-20 следует рассматривать скорее как обеспечивающие выполнение задач средства противовоздушной обороны, а не как обычные самолёты ближнего сопровождения. В оперативной последовательности истребители действовали бы впереди и по флангам H-6N, отыскивая вражеские перехватчики и угрожая самолётам раннего предупреждения. Они могли бы использовать пассивные датчики и защищённые каналы передачи данных для улучшения общей картины воздушного пространства. После того как бомбардировщик выпустит ракету, J-20 могли бы прикрывать его отступление в дружественное воздушное пространство.

Появление двух истребителей в отредактированном видеоролике государственных СМИ не следует рассматривать как доказательство наличия стационарного состава сопровождения. Скорее это визуальное представление концепции защищённого стратегического удара.

Эскорт-зависимость

Наиболее уязвимым элементом данного комплекса может оказаться его сеть поддержки. Для выполнения дальних операций на H-6N может потребоваться дозаправка в воздухе. Длительные миссии J-20 могут создать дополнительную потребность в поддержке со стороны самолётов-заправщиков.

Для поддержания оперативной картины потребуются самолёты раннего предупреждения, разведывательные платформы, наземные датчики, ретрансляторы связи и узлы планирования миссий. Всё это создаёт более широкие требования к защите, которые могут простираться далеко за пределы видимых вблизи бомбардировщика истребителей.

При этом для противника нарушение работы вспомогательной архитектуры может представлять большую оперативную ценность, чем ожидание перехвата баллистической ракеты после её запуска. Самолёты-заправщики, каналы передачи данных, авиабазы ​​и командные узлы являются важными вспомогательными средствами, но они представляют собой идентифицируемые зависимости, которые могут быть отслежены, заглушены, обмануты или подвергнуты риску.

Стратегия

Демонстрируемое на видео использование H-6N и J-20 против крупного военно-морского соединения указывает на морской контекст, но не доказывает, что ракета Jinglei-1 предназначена только для поражения движущихся военных кораблей. Более глубокий смысл может заключаться в стремлении Китая объединить РЛС, корабли, самолёты, системы радиоэлектронной борьбы и дальнобойное оружие в рамках общей оперативной архитектуры.

Такая интеграция может поддерживать обычные и стратегические задачи, создавая серьёзную неопределённость во время кризиса. Группировка ракетоносцев H-6N с поддержкой самолётов-заправщиков и в сопровождении истребителей-невидимок может быть истолкована как подготовка к ядерному удару, даже если её непосредственной целью является лишь подача сигналов, обучение или обычные операции.

Демонстрацию работы H-6N и J-20 на CCTV следует рассматривать не как окончательное доказательство наличия полностью сформированного ядерного комплекса, а скорее как заявление об оперативных намерениях. При этом Пекин представляет H-6N не как изолированную ракетную платформу, а как центральный узел защищённой ударной архитектуры, включающей истребители-невидимки, самолёты-заправщики, датчики и объединённые сети управления.

Такая архитектура не только расширяет стратегические возможности Китая, но и создаёт цепочки зависимости, которые могут быть обнаружены, нарушены и уничтожены.

• Телеграм
• Дзен
• Подписывайтесь на наши каналы и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.