+48
Сохранить Сохранено 7
×

КАМАЗ: как живет и работает автомобильный гигант


КАМАЗ: как живет и работает автомобильный гигант

© Сергей Домущий/Ridus

«Ну что, гопники-то в Челнах есть?» — шутливо спрашиваем водителя, встречающего журналистов «Ридуса» в аэропорту Нижнекамска. Тот смеётся: «Да нет их уже давно, все повывелись». А ведь эти персонажи были когда-то знамениты на всю страну, и столичному жителю, помнящему конец 1980-х, когда он слышит название Набережные Челны, на память приходят клетчатые штаны, нелепые шапки и нешуточные побоища молодежных группировок, регулярно навещавших Москву с «гастролями».

К счастью, сейчас эта страница истории города осталась в прошлом. И, как во времена СССР, когда о Набережных Челнах рассказывали в репортажах, посвященных КамАЗу, о городе снова говорят в связи с планами автопроизводителя.

Впрочем, судя по архивным фото, город не особенно изменился внешне. Для жителя города, которому больше ста лет, вид Набережных Челнов очень непривычен. И не только тем, что на дорогах нет привычной москвичу или питерцу грязесолевой ванны, а на тротуарах — укатанный белый снег. Дело в советской архитектуре: всю дорогу из аэропорта ловил себя на мысли, что еду по какому-то столичному району типа Чертаново или Бирюлёво и жду, когда же начнется центр с исторической застройкой.

Набережные Челны встречают журналистов "Ридуса"
Набережные Челны встречают журналистов «Ридуса»© Сергей Домущий/Ridus

«На литейку» 

Уверен, что, проведи мы на КамАЗе больше времени, то уехали бы с целым словарем особой заводской лексики и сборником исторических анекдотов, бесчисленное множество которых хранит память руководителя заводского музея Александра Чухонцева.

А так особенно запомнилось, что здесь отчего-то не говорят «в литейке», а употребляют оборот «на литейке»: «пойти на литейку», «работать на литейке». Звучит как-то солиднее. И, как оказалось, не только звучит.

КАМАЗ
КАМАЗ© Сергей Домущий/Ridus

Инструктаж перед входом в цех включал в себя обязательные «руками не трогать», «с желтых линий не сходить», но предупреждения были явно лишними. Когда стоишь посреди всего этого грохота и пламени, отклоняться с маршрута совсем не хочется. Вспоминалось знаменитое из Жванецкого:

«Среди наших от механизации высокая травматизация, особенно в литейке. Сколько наших не могло перепрыгнуть тот ручей! До середины долетали и исчезали к чертовой матери».

«Ручей» и впрямь впечатляет.

Литейное производство
Литейное производство © Сергей Домущий/Ridus

Но, немного отойдя от антуража в стиле декораций Doom-3, начинаешь понимать, что перед тобой вполне современное производство, построенное по последнему слову мировых технологий.

Литейное производство
Литейное производство© Сергей Домущий/Ridus

И на самом деле оно таким было всегда.

Спасибо товарищу Никсону

Пример и история КамАЗа могли бы служить отличной иллюстрацией того, насколько лучше для нашей страны мир и сотрудничество с США и Европой, нежели конфронтация.

Литейное производство, изготовление форм-макетов
Литейное производство, изготовление форм-макетов© Сергей Домущий/Ridus

Как и строительство большинства предприятий в СССР в эпоху индустриализации, появление автогиганта на Каме было бы невозможно без сотрудничества с Западом. Проект литейного завода КамАЗ создавался американской фирмой Swindell Dressler, бывшей тогда одним из флагманов отрасли. Спроектированные ей заводы считались в мире наиболее совершенными в техническом плане.

Литейное производство
Литейное производство© Ridus

Традиция эта продолжается и сегодня. В начале прошлого года в рамках инвестиционного проекта «Реинжиниринг литейного производства» немецкие специалисты смонтировали на литейке первую индукционную тигельную печь Otto Junker.

Ёмкость каждой печи — 50 тонн. Это столько же, сколько выдавали дуговые печи Swindell Dressler, которые сегодня выводятся из эксплуатации. Новые печи, среди прочего, должны обеспечить меньшее загрязнение окружающей среды и большую безопасность.

Литейное производство
Литейное производство© Сергей Домущий/Ridus

За четыре дня, что мы провели, осматривая цеха КамАЗа, перед глазами словно пробежала вся история отечественного машиностроения последних 50 лет.

Завод двигателей
Завод двигателей© Ridus

На моторном заводе — современные автоматизированные станки немецкого производства, сопрягающееся с компьютером по wi-fi измерительное оборудование, моментально отправляющее в базу данные о деталях собираемого двигателя.

На штамповочном производстве — оборудование из ЕС и Англии. А вот на одном из участков приютился зеленый пресс с характерным округлым дизайном 70-х годов и логотипом чешской Skoda. В другом цеху удалось обнаружить и отечественного ветерана с советским логотипом «Завод им. Орджоникидзе».

Оборудование - ветеран
Оборудование - ветеран© Сергей Домущий/Ridus
Сборка кабин
Сборка кабин© Сергей Домущий/Ridus

Сборочный конвейер словно сошел с картинки в программе «Время», но и тут при ближайшем рассмотрении точно так же, как на многих европейских предприятиях, старая, но обладающая ресурсом техника соседствует с новыми станками и оборудованием.

Точно такой же набор старого и нового мне доводилось видать на заводе Mann+Filter в Дингольфинге, где до сих пор в деле станки производства Западной Германии, или в английском Касл-Бромвиче, где и вовсе, кажется, до сих пор работают в цехах, из которых во Вторую мировую выкатывали «Спитфайры».

Царство KUKA

Пожалуй, самым впечатляющим участком на КамАЗе сегодня является завод СП с немецким Daimler, на котором собираются кабины для последнего поколения камазовских грузовиков К5.

Сборочный конвейер
Сборочный конвейер © Ridus
Завод каркасов кабин
Завод каркасов кабин© Ridus

Если на литейке можно было воспроизводить финальную сцену фильма «Кобра» с Сильвестром Сталлоне, то здесь всё больше напоминает антураж из «Особого мнения»: минимум людей, лишь взмывают гигантские «руки» роботов немецкой KUKA, шипит пневматика и периодически вспыхивает «фейерверк» от точечной сварки.

Если не видеть, как по транспортеру ползут кабины грузовика К5, то никаких отличий от какого-нибудь завода Porsche или Audi.

«Эх, прокачу!»

Пожалуй, самым впечатляющим за все время нашего пребывания на заводе стал день тест-драйва КамАЗовского бестселлера — грузовика последнего поколения К5.

«Процесс создания такой машины потребовал гигантских инвестиций и привлечения иностранных партнёров. КамАЗу придётся биться за свою маржу. Грядёт жёсткая конкурентная борьба с зачисткой рынка от китайской экспансии», — писали коллеги из «Грузовик-пресс».

Когда машину только представляли на рынке, генеральный директор КамАЗа Сергей Когогин прямо заявил, что с К5 они идут в премиум-сегмент, где необходимо сочетание высоких технических характеристик и опций в рамках одной модели, и что именно с К5 КамАЗ будет вытеснять китайцев с рынка СНГ.

Сборочный конвейер
Сборочный конвейер © Ridus

В поистине огромной кабине К5 меня встречает водитель-испытатель Раис. До этого самыми большими авто, которыми мне доводилось управлять, были Cadillac Escaladе да бронированный лимузин Mercedes-Benz S500.

По сравнению с КамАЗ-54901 это все детские машинки, и оказаться первый раз за рулем магистрального седельного тягача было волнительно. Тем более, что ценник у него вполне на уровне премиального немецкого кроссовера или седана — чуть дороже семи миллионов.

По привычке собираюсь открыть дверь и выйти на мороз, чтобы обойти машину и поменяться с Раисом местами, и понимаю, что этого делать не нужно. В кабине, которая создана совместно с Daimler AG и делит индекс каркаса SFTP с четвёртым поколением Mercedes Actros, можно просто встать во весь рост и перейти с места на место, даже не столкнувшись. При желании тут можно втроем танцевать.

Это, кстати, не преувеличение: итальянское ателье Torino Design s. r.l. несколько лет назад показывало выставочную кабину KamAZ 2020 с душем и беговой дорожкой внутри.

Усевшись за руль, обнаруживаешь, что все не просто удобно, а даже в чем-то сильно лучше, чем в легковушке. Отдельная песня — это зеркала. Здесь экономия на аэродинамике не сказалась на размерах, и для человека, который привык парковаться по зеркалам даже на авто с системой кругового обзора, в камазовской кабине просто праздник.

Кабина, может, в чем-то уступает западным одноклассникам, но выглядит местами поудобнее иного легкового авто. Мягкий коричневый пластик, хорошо читаемые приборы, мультируль, мультимедийная система с навигацией, масса ящичков и холодильник.

Несколько тесным показался педальный узел, но если сидеть в летней обуви или кроссовках, то никаких неудобств.

Запустив рядный шестицилиндровый двигатель KамAЗ Р6, развивающий 450 лошадиных сил, ждешь соответствующего звука. Но в кабине тихо. С шумоизоляцией тут, кажется, неплохо поработали. Впрочем, сравнивать могу только с древним КрАЗом, на котором доводилось прокатиться пассажиром в юности.

Поначалу кажется непривычной работа педали газа — она чувствительна, но масса автомобиля скрадывает реакции на нее мотора и 12-ступенчатого автомата ZF Traxon. Сразу понимаю, что обгон даже без прицепа на этом автомобиле совсем другая наука.

Скорость на испытательном треке ограничена 30 километрами в час, но нам позволяют пришпорить тягач до 50. Трекшн-контроль отрабатывает прекрасно — периодически снежный накат на треке сменяется льдом, но тягач сохраняет устойчивость. В поворотах грузовик без прицепа ощутимо пытается «мести хвостом», но ассистенты помогают стабилизировать и выровнять его.

Уже через несколько кругов начинаю понимать Раиса, который полчаса назад рассказывал, как сменил работу на складе «Эльдорадо» на испытательный трек и считает это самым удачным шагом в своей карьере. «Ка пятый» настолько приятно едет, что хочется наматывать круг за кругом.

Судя по описаниям опций, в списке которых система мониторинга состояния водителя, ассистент поворота и движения в заторах, система удалённого мониторинга местонахождения и контроля параметров транспортного средства и многое другое, машина должна нравиться водителям-профессионалам.

Нам важно ваше мнение!

+48

 

   

Комментарии (0)