Молодым уже не везде дорога: на рынке труда наметился новый тренд

Рынок труда.

Рынок труда.

© Лев Бубнов / Коллаж / ridus.ru

На рынке труда наметился новый возрастной тренд: если стоит выбор между молодым кандидатом и тем, кто старше 35 лет, работодатель примет решение в пользу последнего. Получается, что молодым уже не везде дорога. Почему?

Ответ на этот вопрос искала обозреватель «Ридуса».


Взаимный интерес

Начальник отдела продаж одной из столичных компаний по поставке продуктов Надежда Тимофеева подтверждает: при найме на работу она отдает предпочтение «возрастным» кандидатам.

— Во-первых, у них больше опыта и знаний, они не пасуют перед трудностями, могут найти общий язык почти с любым клиентом, они нацелены на результат. Во-вторых, они держатся за работу. Да, они могут ее не любить, но у людей старше 35 лет, как правило, есть обязательства перед другими, какие-то долги, например ипотека, у них больше ответственности, поэтому они стремятся выполнять свои обязанности качественно, чтобы больше зарабатывать, получать премии, делать карьеру. Иными словами, материальные рычаги для них не пустой звук. Поэтому они будут работать столько, сколько нужно. И тут сплетаются два интереса: их собственный и компании. Получается взаимный интерес, — приводит пример Надежда Тимофеева.

Что касается молодежи, то тут Тимофеева утверждает, что все, конечно, неоднозначно, но при выборе сотрудников поставила HR-специалисту условие: если есть выбор между начинающими и более опытными, брать на работу последних.

Опытный специалист

Опытный специалист.

© Pexels.com

— Молодежь нынче пошла капризная: им нужно все и сразу. Причем за этими амбициями не стоит ничего. Я понимаю все «хотелки», но для них же нужно что-то сделать: прилежно работать, стремиться перевыполнить план, ввести какую-то инновацию на работе, добиться, достичь. Но такие методы они и не рассматривают, не готовы доказывать что-то, — говорит работодатель.

Собеседница «Ридуса» привела характерный пример.

— Весной к нам в компанию на позицию менеджера по продажам пришел на работу молодой человек 23 лет, проработал недолго — четыре месяца всего. Сначала он очень долго пытался понять, чего же мы от него хотим, а задача была такая: общение с клиентами, обработка из заявок, переговоры, подготовка необходимых документов, выставление счетов, контроль их оплаты. В общем, все то, чем занимаются продажники. На собеседовании об этом говорилось, и он убеждал нас в том, что умеет вести переговоры, общаться с людьми, понимает, как нужно оформлять документы, и так далее, — рассказывает Надежда Тимофеева.

За первый месяц он ничего не продал (а зарплата такого специалиста зависит от продажи), во втором месяце пошли сделки, но ни одной он не довел до конца сам — приходилось подключать коллег.

— Зато апломба выше крыши, — отмечает собеседница «Ридуса». — Он требовал зарплату с шестью нулями вне зависимости от числа заключенных сделок, пытался выторговать себе шестичасовой рабочий день, несколько раз на его манеру общения даже клиенты жаловались, что для продажника категорически недопустимо. В итоге мы предложили ему написать заявление по собственному желанию, выплатили какую-то компенсацию и выдохнули с большим облегчением, когда он ушел. С сотрудниками старше 35 лет таких проблем, конечно же, нет.

Больше ответственности и мотивации

Об этой тенденции и говорят специалисты в вопросах карьерного консультирования. Основатель Университета карьерного роста Татьяна Минаева называет несколько причин этого явления.

Первая причина. Кандидаты очень активно возмущаются в интернете тем, как именно работодатели выбирают сотрудников. Речь идет и о дискриминации по возрасту, и о личных вопросах на собеседованиях (наличие мужа, детей), и о многом другом, что, по мнению соискателей, никак не соотносится с профессиональными обязанностями.

Поэтому компании, видя это, пересматривают свои реальные и формальные стандарты. И некоторые стали в описании вакансий писать прямо: «Нам все равно, какого вы пола, возраста и сколько у вас татуировок, мы смотрим только на ваши способности». По словам Минаевой, работодатели таким образом работают со своей репутацией и повышают свой HR-бренд.

Мотивация и целеустремленность

Мотивация и целеустремленность.

© Pexels.com

— Во-вторых, работодатели столкнулись с новым поколением. Понятно, что везде есть представители с разными моделями поведения, но вот такое общее впечатление сложилось у работодателей (мы можем сколько угодно думать о том, правы они или нет): много резюме приходит от 20-летних с высокими запросами по зарплате, с огромным количеством ошибок в резюме и с большим количеством претензий на старте. А после того, как их наняли, молодое поколение не готово к критике, от которой в работе никуда не деться, к тому же они быстрее переходят в другие компании, — констатирует Татьяна Минаева.

Поэтому, по ее словам, работодатели все чаще задумываются: зачем брать молодых, если те, кому 35 лет, менее притязательные и более стабильные с точки зрения сроков службы. У этих людей семья, дети, ипотека, они сильнее держатся за должность, их воспитывали в более суровых условиях, они не обижаются, когда им указывают на ошибки.

Третья причина, как отмечает специалист по карьерному консультированию, заключается в том, что на сегодняшний день многие эффективные руководители старше 40 лет, которым в недавнем прошлом приходилось искать работу, тоже столкнулись с дискриминацией и по-другому стали смотреть на наем: они стали более лояльны к возрастным категориям.

И, наконец, сами работодатели по-другому принимали решение при отборе сотрудников. Сейчас они изменили свой подход к оценке в целом, стали больше давать кейсов, а не ориентироваться на возраст, пол и наличие каких-то финансовых обязательств.

— Все это привело к тому, что работодатели чаще стали рассматривать кандидатов 35 лет и старше, — заключила Татьяна Минаева.

Характер очень важен

HR-специалист Даниил Хомяков отмечает еще и то, что в этой ситуации не последнюю роль играет характер и воспитание. Многие молодые люди не умеют себя вести, не видят границ, не соблюдают субординацию, они капризны, обидчивы, мстительны не по делу.

— В моей практике был выпускник вуза, который считал для себя нормальным «тыкать» генеральному директору и совершенно искренне не понимал и обижался, когда его пытались поправить, объяснить, что так себя вести нельзя. В итоге парень вылетел с работы со скандалом. Еще одна «молодая да ранняя» не понимала, почему нельзя брать чужую еду из общего холодильника, а по поводу третьего и вовсе мама на работу прибегала выяснить, почему ее сыночку зарплату не повышают. Конечно, это может быть со стороны смешно, но надо понимать, что люди приходят трудиться, карьеру строить, а тут такой детский сад. Наши сотрудники пытались как-то мирно, по-доброму их воспитывать, приучать к жизни в социуме, но толку — чуть. И вместо того, чтобы выполнять свои прямые обязанности, они нянчились с этими сыновьями и дочерями полка, но так ведь нельзя, — резюмирует кадровик.

По словам культуролога Мирославы Забродской, это стало возможным потому, что в семьях таких детей чрезмерно опекают, учат не считаться с мнением посторонних людей — есть только собственные интересы, а остальное не играет никакой роли.

Капризный человек

Капризный человек.

© Pexels.com

— Родители таких детей выросли, как правило, в сложное время, у них многого не было. Поэтому они приняли себе установку: уж мой ребенок ни в чем нуждаться не будет, чего бы это ни стоило. И их ребенок действительно ни в чем не нуждается. Зато окружение нуждается теперь во многом — как минимум в уважении и в том, чтобы с мнением посторонних людей тоже считались. Ко всему есть установка: взрослые люди мне должны, при этом не делается различие между собственными родителями и начальником на работе. По умолчанию они все должны, — говорит Забродская.

При этом собеседница «Ридуса» подчеркивает: проблема не в том, что эти дети чрезмерно залюбленные, а в том, что их не научили пониманию чужих границ и воспитание в основном строилось на товарно-денежном принципе, а морально-нравственный аспект опускался.

— Но таким образом родители оказали медвежью услугу своим детям: последние искренне считают, что им должны, а первые не объяснили, что это далеко не так. И сейчас, во взрослой жизни, приходя в те же рабочие коллективы, они сталкиваются с теми ситуациями, к которым они не готовы, для них это большая трагедия. И пройдет много лет, прежде чем этот залюбленный ребенок осознает себя в реальной жизни. Но это будет сложный, болезненный, травматичный для него опыт, — заключает культуролог.

Нам важно ваше мнение!

+0

Комментарии (0)