Капкан для «Великой Германии»: как лучшая дивизия вермахта потерпела фиаско

© warspot.ru

© warspot.ru

Источник

Летом 1944 года у Германии было много проблем, но прорыв советских армий к побережью Балтийского моря вполне мог претендовать на одну из главных. В ставке Гитлера ещё только пытались осознать масштабы разгрома, который постиг группу армий «Центр», и потерять почти сразу и группу армий «Север» означало бы крах всего Восточного фронта. Командование вермахта было вынуждено принимать экстренные меры.


«Великая Германия» готовится спасти рейх

Одной из «пожарных команд», спешно переброшенных для восстановления коммуникаций с группой армий «Север», стала дивизия «Великая Германия», которой командовал генерал-лейтенант Хассо фон Мантойфель. По меркам августа 1944 года дивизия представляла собой внушительную силу: к началу наступления в ней числились боеготовыми 10 Pz. Kpfw. IV, 70 «Пантер», 27 «Тигров» и 19 самоходных орудий. Ещё семь «Пантер» и шесть «Тигров» числились в краткосрочном ремонте и могли усилить «Великую Германию» в ближайшие дни.

Интересно, что захваченный 9 августа пленный из 11-й роты гренадёрского полка дивизии сообщил схожие цифры, но, как принято говорить, иначе расставил акценты. По его показаниям, танковый полк «Великой Германии» имел 70 «Тигров», 50 «Пантер», 30 Pz. Kpfw. IV, а также 30 самоходных орудий с пушками калибра 88 мм.

«Тигры» дивизии «Великая Германия» в ходе переброски по железной дороге

«Тигры» дивизии «Великая Германия» в ходе переброски по железной дороге

© warspot.ru

Ближайшей задачей для дивизии стал литовский городок Вилкавишкис. Как видно, даже литовское название созвучно слову «волк», а до 1917 года этот город на картах Российской империи, а затем и на советских вполне официально именовался Волковышки. Город был только недавно взят советскими частями 33-й армии, действовавшими совместно с 2-м гвардейским танковым корпусом (гв.тк). Немцы могли не без оснований рассчитывать, что прочной обороны на этом участке русские создать не успели, а наспех окопавшиеся стрелковые части, даже поддержанные некоторым количеством «тридцатьчетвёрок», для «Тигров» и «Пантер» дивизии серьёзной проблемы не составят.

Ты знаешь, что я знаю…

Сосредоточение немецкой группировки не осталось незамеченным в штабе 3-го Белорусского фронта. Более того, командующий фронтом генерал армии И. Д. Черняховский сумел определить и наиболее вероятное направление немецкого контрудара. Полученный в 33-й армии приказ командующего фронтом выглядел так:

«1. Войска держать в полной боевой готовности, проверить безотказность работы средств связи и организацию противотанковой обороны.

2. К утру 09.08.44 заминировать подступы к г. Волковышки и на танкоопасных направлениях.

3. Присоединить к 222-й сд стрелковый полк этой дивизии, находящийся в обороне на стыке 70-й и 49-й сд и расположить полк в районе Руда, Гиже.

4. Вывести к утру 09.08.44 две тбр 2-го гв. тк в район Сувалки (4 км восточнее Волковышки) и подготовить их к отражению атак танков и к контратакам на Волковышки, Лукшишки, Антупе. Подготовить к действиям весь 2-й гв. тк.

5. Проверить готовность к действиям сап и иптап 47-й бригады, орудия зарыть в землю и тщательно замаскировать.

6. К утру 09.08.44 в лес 4 км западнее Мариамполь прибывает 153-я тбр и 343-й сап (из фронтового резерва) с задачей не допустить атак противника в направлении Мариамполь.

7. Организовать непрерывную разведку и наблюдение.

8. Пехоту и артиллерию закопать в землю.

9. При первом признаке подготовки противника к переходу в наступление провести контрподготовку с вызовом авиации».

Немцы, в свою очередь, также с неудовольствием констатировали: «По агентурным данным, противник знал о подготовке наступления от своих агентов в нашем тылу». В данном случае, советская разведка полностью выполнила свои задачи и «чётко доложила» о предполагаемом немецком наступлении. Теперь другим предстояло сломать немецкие планы.

Противотанкисты

Как видно из текста приведённого выше приказа, генерал Черняховский вполне объективно оценивал «противотанковые» возможности как находящихся на предполагаемом направлении вражеского наступления частей 19-го стрелкового корпуса (ск), — 222-й стрелковой дивизии (сд) полковника Г. П. Савчука (на 4 августа 4728 человек и ещё 200 человек нераспределённого пополнения) и 157-й сд полковника В. А. Катюшина (на 4 августа 5006 человек и ещё 100 человек нераспределённого пополнения), — так и бригад 2-го гв. тк, в котором на вечер 8 августа числилось 57 «тридцатьчетвёрок», 10 СУ-85 и три СУ-76. Кроме этого, в приданном 401-м гвардейском самоходном артиллерийском полку (гв.сап) имелось 10 СУ-85, а вот 1500-й сап штатной матчасти в виде СУ-76 не имел вообще.

Челюстями «волчьего капкана» для немецких бронированных кошек должны были стать истребительно-противотанковые артиллерийские полки (иптап) двух истребительно-противотанковых артиллерийских бригад (иптабр) РГК: 43-я иптабр полковника И. И. Кия и 47-я иптабр полковника Д. Л. Маргулиса, имевшие на вооружение как 76-мм ЗиС-3, так и 57-мм ЗиС-2. С боевым опытом у комбригов тоже всё было в порядке — так, Давид Маргулис получил звание Героя Советского Союза ещё в январе 1940 года за отличия в ходе советско-финской войны.

Хассо фон Мантойфель с офицерами «Великой Германии»

Хассо фон Мантойфель с офицерами «Великой Германии"

© warspot.ru

В район Вилкавишкиса части 43-й иптабр начали перебрасываться ещё в начале августа. Так, 6 августа 1964-й иптап занял открытые огневые позиции на южной окраине города, а 1965-й и 1966-й иптап, выдвинутые в район Вилкавишкиса ранее, продолжили закапываться в землю. Точное число орудий в 43-й иптабр к началу немецкого наступления установить сложно — бригада уже некоторое время была в боях и несла потери. В частности, в этот день артиллерийским огнём противника была уничтожена одна пушка ЗиС-3 и ленд-лизовский «Студебекер» с запасом снарядов — судя по перечню, немцам удалось накрыть пушку с боекомплектом в момент перевозки.

На следующий день немцы провели контратаку, очевидно, пытаясь оценить силу обороняющихся перед наступлением «Великой Германии». К середине дня 1-я и 5-я батарея 1966-го иптап остались без пехотного прикрытия, окружённые с трёх сторон. К вечеру немцы всё же отошли на исходные позиции. Впрочем, от дравшихся с танками батарей к этому моменту осталось не много — одно 76-мм и одно 57-мм орудия были уничтожены полностью, ещё четыре 57-мм и одно 76-мм записаны как «разбиты и вышли из строя». Только 57-мм снарядов за день было расстреляно больше 400.

«Тигр» и панцергренадёры «Великой Германии» рядом с трофейными советскими орудиями ЗиС-3

«Тигр» и панцергренадёры «Великой Германии» рядом с трофейными советскими орудиями ЗиС-3

© warspot.ru

Ночью взамен разбитых батарей 1966-го полка на его участок обороны были переброшены три батареи 1965-го иптап. Однако этот жаркий бой был, по сути, силовой разведкой перед основным ударом противника.

Горячий август 44-го

8 августа серьёзных боев в полосе 33-й армии не было. Советские части закапывались в землю, готовили противотанковые узлы обороны, расставляли мины. В дополнительных приказах и окриках командиров нужды не было — гул моторов с другой стороны фронта служил куда лучшим стимулом. Разведчики доложили о подходе к передовой более 200 танков и САУ, а также автомашин с пехотой.

Немецкое наступление началось в 05:30 (по другим данным, в 06:00) с мощной артподготовки. Отдельно в документах попавших под немецкий удар советских частей отмечено массированное применение «небельверферов». Интересно, что при этом в отчёте штаба артиллерии 33-й армии отмечалось, что «противник атаковал без артиллерийской подготовки», а далее, что «артогня, за исключением выстрелов из танков и самоходных орудий, противник не вёл». Возможно, что немцы использовали артобстрел на некоторых участках как часть отвлекающего манёвра, уводя внимание от направления главного удара. По крайней мере, их мемуары указывают на то, что фон Мантойфель повёл свою дивизию в наступление без единого артиллерийского выстрела.

Панцергренадёры «Великой Германии», вооружённые фаустпатронами

Панцергренадёры «Великой Германии», вооружённые фаустпатронами

© warspot.ru

Рассветный туман закрывал будущее поле боя — немецкие танки удавалось различить не дальше 500−600 метров. Подразделения «Великой Германии» действовали двумя боевыми группами — панцергренадёры при поддержке самоходок атаковали город с юга, танковый полк и фузилёры первоначально двигались юго-восточнее.

Первыми в бой вступили батареи 873-го и 578-го иптап. Четвертая батарея 873-го полка открыла огонь с 500 метров. Короткий встречный бой стоил противотанкистам трёх разбитых снарядами орудий, двух тягачей и 10 человек убитыми и ранеными. При этом батарея сообщила о трёх подбитых и трёх уничтоженных танках. Пытаясь обойти позиции 4-й батареи, немцы вышли на 3-ю батарею. На этот раз дистанция была ещё меньше, и немецкие танки на большой скорости пошли прямо на пушки. Два орудия были разбиты снарядами, одно — раздавлено гусеницами, но и артиллеристы отчитались о пяти подбитых танках.

Согласно донесению штабов 19-го ск и 578-го иптап, первая атака немцев была отбита. Смять позиции 222-й сд «Великой Германии» удалось лишь повторной атакой в 07:20. Донесения других частей об этом не упоминают. Возможно, уже первую немецкую атаку сумели отбить не все, или для сражавшихся бойцов день слился в один тяжёлый кровавый бой.

© warspot.ru

Для батарей 578-го иптап, занимавших позиции к юго-востоку от городка, в районе хуторов Краужморги и Значки, решающей стала именно повторная атака. Согласно донесению, в этой атаке на позиции полка с двух сторон вышли до 80 танков и самоходок. Выдержать такую атаку полк уже не мог. Итоговый счёт 578-го иптап составил 28 танков и пять самоходок (по другим данным, 20 танков, пять САУ, три бронемашины, одно противотанковое орудие, один миномёт, один пулемёт и около 400 солдат и офицеров). При этом были потеряны 22 57-мм орудия и 20 автомашин.

Прорвав оборону 222-й сд, немцы вышли на шоссе Вилкавишкис — Мариамполь. После попытки преодолеть заслон противотанкистов, поддержанных спешно переброшенными на этот участок бригадами 2-го гв. тк, большая часть немецких танков повернула на запад, к окраине Вилкавишкиса, пытаясь помочь гренадёрами и самоходкам «свернуть» оборону 157-й сд.

В небе штурмовики

Уже после первых сообщений, когда в штабе фронта стало ясно, что «немцы пошли», в район Вилкавишкиса нацелили части 1-й воздушной армии. Основная роль отводилась штурмовым частям 3-го штурмового авиационного корпуса (шак) и 1-й гвардейской штурмовой авиационной дивизии (гв.шад) — от них требовалось максимально затруднить действия немцев и помочь наземным частям выдержать удар. При этом 70% бомбовой загрузки должны были составить ПТАБы. В 09:20 штурмовики Ил-2 под прикрытием истребителей 2-го истребительного авиационного корпуса (иак) «начали работу» по наводке с радиостанций выехавших на передний край офицеров штаба воздушной армии.

Уже к 12:00 части 1-й воздушной армии совершили 234 боевых вылета, из них 127 — на штурмовые действия. К 19:00 штаб армии отчитался о 696 вылетах, из которых 461 пришёлся на штурмовые действия. По докладам экипажей, на земле было уничтожено и повреждено до 70 танков, два самоходных орудия, до 200 автомашин, шесть бронетранспортёров. Об интенсивности ударов говорит хотя бы тот факт, что за 9 августа штурмовики вывалили на наступавших немцев 16 480 ПТАБ.

Брошенный под Вилкавишкисом подбитый «Тигр»

Брошенный под Вилкавишкисом подбитый «Тигр"

© warspot.ru

Также по итогам 41 проведённого воздушного боя лётчики 1-й воздушной армии заявили о 42 сбитых немецких самолётах, причём на самолёты противника наводили не только истребителей, но и «Илы», представлявшие серьёзную угрозу для «Юнкерсов» Ju 87 — на счету штурмовиков было 14 вражеских самолётов. Советские потери составили 21 машину, из них девять истребителей Як-9 и 12 штурмовиков Ил-2.

К сожалению, не обошлось и без огня по своим. Так, из 26-й гвардейской танковой бригады (гв.тбр) сообщали: на «дружественный огонь» пришлись двое убитых и семеро раненых, а также разбитое 76-мм противотанковое орудие. Соседняя 4-я гвардейская мотострелковая бригада (гв.мсбр) сообщала, что «наша штурмовая и истребительная авиация беспрерывно бомбит и обстреливает из пулемётов танки и пехоту противника», но и самой бригаде тоже досталось: под «дружественный огонь» попал её миномётный дивизион, в котором погиб начштаба, а командир был тяжело ранен.

Советский артиллерист осматривает уничтоженное немецкое 88-мм противотанковое орудие

Советский артиллерист осматривает уничтоженное немецкое 88-мм противотанковое орудие

© warspot.ru

Активность советской авиации сложно было не заметить и немцам. В оперативном донесении штаба 3-й танковой армии указано: «Все действия дивизии [Великая Германия] значительно затруднялись массированными атаками штурмовой авиации противника, в результате которой наши войска несли большие потери».

Но всё же судьба сражения решалась не в воздухе, а на земле. Штаб фронта уже начал стягивать подкрепления к месту удара — для содействия частям 19-го ск выдвигались 277-я сд 5-й армии, а также 31-я и 83-я гв. сд 11-й гвардейской армии. Если бы немцы прорвались дальше, их было кому встретить.

Лицом к лицу

384-й и 633-й стрелковые полки 157-й сд к утру 9 августа занимали оборону юго-западнее Вилкавишкиса. Ещё один полк дивизии — 716-й сп — в ночь на 9 августа сдал свой участок обороны частям 344-й сд и встал на восточной окраине города фронтом на восток. По донесениям пехотинцев, немецкие танки прорвались к городу в 11:00, и уже в 14:00 батальоны 716-го сп были оттеснены на север, а 384-й и 633-й сп вместе с противотанкистами оказались в окружении. Согласно отчётам иптаповцев, одной из причин стала переброска на другой участок батареи отдельного истребительно-противотанкового артдивизиона 157-й сд, прикрывавшей шоссе Вилкавишкис — Мариамполь со стороны города. О снятии этой батареи командир 1964-го иптап не знал.

Именно по этому шоссе на рассвете 9 августа 1944 года в город прорвались немецкие танки и мотопехота. К 12:00 город Вилкавишкис полностью окружён. То, что происходило на улицах города, можно попытаться представить смотревшим советский киносериал «Батальоны просят огня!»

Немецкий бронетранспортёр с зенитной установкой, ставший жертвой атак советских штурмовиков

Немецкий бронетранспортёр с зенитной установкой, ставший жертвой атак советских штурмовиков

© warspot.ru

Первая батарея 1966-го иптап получила приказ следовать в город, на помощь к 1964-му полку, командир которого подполковник П. Р. Саенко за этот бой стал Героем Советского Союза. При въезде в город артиллеристы столкнулись с немецкими танками, в самом прямом смысле наскочив на колонну вражеской бронетехники, и сходу вступили в бой. Первое орудие при этом почти сразу раздавила самоходка, в донесении названная «Фердинандом» — её тут же подбило успевшее развернуться второе орудие, но бой для противотанкистов только начинался. Батарея дралась более двух часов, уничтожив 13 вражеских машин и потеряв все орудия разбитыми или раздавленными танками. Оставшиеся в живых артиллеристы с боем прорвались к штабу того самого 1964-го иптап, которому шли на помощь.

Ещё одной батареей, пытавшейся прорваться в Вилкавишкис, стала 4-я батарея 1965-го иптап, но заехать в город удалось лишь машине командира батареи, да и то недалеко. Прямым попаданием снаряда грузовик был уничтожен, почти весь расчёт погиб вместе с орудием. Уйти удалось лишь одному рядовому и командиру батареи, которого ценой своей жизни вытащил шофёр.

1964-й иптап сражался с утра, причём с полудня — в полном окружении. Получив сообщение о подходе к городу танков, командир полка снял с занимаемых огневых позиций и направил на юго-восточную окраину 4-ю батарею и два орудия 3-й батареи с задачей не допустить танки противника в город. Но время было упущено, батареи с ходу вступили в бой с уже прорвавшимися танками. В бою погиб командир 3-й батареи лейтенант В. С. Васильев, командир 4-й батареи капитан Л. Г. Колосов был тяжело ранен. Расчёты успели подбить девять танков и четыре бронетранспортёра.

Батареи вели бой и с танками, и прорвавшейся к их позициям пехотой. Оставшийся без орудий личный состав занимал оборону на высоте около городского кладбища. Севернее, в районе церкви, также в полном окружении дрался штаб полка, причём в ходе боя охрана штаба отбила группу пленных, которых немцы вели по соседней улице.

Уничтоженная под Вилкавишкисом «Пантера»

Уничтоженная под Вилкавишкисом «Пантера"

© warspot.ru

К 01:00 10 августа в строю осталось две ЗиС-3, остальные 11 были разбиты. Перед прорывом из окружения с двух оставшихся пушек сняли и закопали затворы, а панорамы артиллеристы вынесли с собой.

Когда на рассвете оставшиеся бойцы 1964-го иптап вышли в расположение бригады, все пушки числились потерянными в бою. Командир полка подполковник Саенко в ходе прорыва был ранен в рукопашной схватке. Потери полка составили 17 убитых, 23 раненых и 49 пропавших без вести артиллеристов. За сутки боя полк подбил 27 танков, две самоходки и девять бронетранспортёров.

Пехота 157-й сд, которая должна была прикрыть артиллеристов, давно дралась сама по себе. Оставшийся за пределами кольца полк и танкисты 2-го гв. тк прорваться на помощь к окружённым не смогли:

«Пехота противника подпускалась на расстояние 50−70 метров и в упор расстреливалась. В отдельных местах шли гранатные бои. После неоднократных попыток атаками пехоты выбить части дивизии с занимаемых позиций противник сосредоточил группу самоходных орудий и тяжёлых танков, пустил их на траншею, занимаемую полками. Танки противника шли вдоль траншеи, гусеницами на бруствере, ведя огонь в фас траншей. Отдельные танки противника находили на траншею и, вращаясь на месте, заваливали её».

8 августа в 157-й сд числилось 4464 человека. Сдав в ночь на 11 августа свой участок обороны 222-й сд, дивизия отошла в тыл и смогла, наконец, заняться «приведением в порядок личного состава и матчасти» — в ней осталось 2940 человек. Больше всех выкосило 384-й сп — из 890 бойцов к своим вышло лишь 237. У 633-го сп в Вилкавишкисе остался каждый второй — из 897 солдат и командиров из окружения прорвались 430.

Также до последнего вели бой и отрезанные вместе с полками, которые они поддерживали, артиллеристы полковой и дивизионной артиллерии 157-й сд. Некоторые пушки успевали отстрелять все снаряды, после чего расчёты шли в ряды пехоты. Некоторые оставались на своих позициях до конца. Лишь с наступлением темноты, после 13 часов непрерывного боя, уцелевшие начали прорываться к своим.

Хотя «волчий город» остался за немцами, вряд ли кто-то в «Великой Германии» и в штабе немецкой 3-й танковой армии считал этот бой победой: по предварительным данным вечерней сводки, потери «Великой Германии» за 9 августа составили 52 танка, из них 24 — безвозвратно. Попытки продвинуться на север и к востоку в течение дня отбивались огнём оставшихся вне кольца подразделений двух иптабр и танкистами 2-го гв. тк. Было ясно, что ставка на то, что бронированный кулак «Великой Германии» проломит любую советскую оборону, не оправдалась. Прорыв к окружённой группе армий «Север» откладывался.

Говоря о боях 9 августа, отдельно стоит коснуться многочисленных легенд о том, что тяжёлые потери танкам «Великой Германии» и особенно «Тиграм» якобы сумели нанести советские тяжёлые танки — их любителям придётся разочароваться. В тот день самой тяжёлой советской техникой, с которой довелось иметь дело «Великой Германии», стали 10 СУ-152 из 343-го тсап, действовавшие совместно с «тридцатьчетверками» 153-й тбр. 9 августа из этого полка сообщили об одном подбитом танке противника. 401-й гв. сап, имевший семь исправных СУ-85, согласно докладу штаба артиллерии 2-го гв. тк, 9 августа огня не вёл.

Потери 2-го гв. тк за 9 августа составили 24 человека убитыми и ранеными. К исходу этого дня 9 августа в частях корпуса оставалось: 4-я гв. тбр — 15 Т-34, 25-я гв. тбр — 13 Т-34 (в среднем ремонте два танка, в капитальном два танка, подбит и восстанавливается один танк, вышел из строя по техническим причинам один танк), 26-я гв. тбр. — 12 Т-34 (один танк подбит противником, два отстали в пути из-за неисправностей, один танк неисправен в районе обороны), 79-й мцб — семь Т-34, ещё три Т-34 оставались в приданных частях. Самоходок СУ-85 было 10, а СУ-76 — три.

В свою очередь, штаб артиллерии 33-й армии доложил следующее:

«Осмотром подбитых и сожжённых танков установлено:

а) Большинство танков подбито подкалиберными и бронебойными снарядами. Среди сожжённых и подбитых танков большая часть истреблена 57-мм орудиями.

б) Подкалиберный снаряд 57-мм пушки на дальности 1000 метров пробивает все части танков, кроме лобовой, на дальности 600 метров пробивает и лобовую броню.

в) Бронебойный снаряд на дальности 200−300 метров пробивает ходовую и бортовую части танка «Тигр». Наиболее слабое место у танков типа «Тигр» — ходовая часть, большинство подбитых танков подбиты в ходовую часть головной половины.

г) Уязвимые места у танков типа «Тигр» для системы пушек ЗиС-3 с дистанции прямого выстрела 600−700 метров являются: борта, задняя часть, башня, гусеницы. Наиболее уязвимые места — ходовая часть, бензобак и башня командира машины (бронебойным снарядом).

д) Подкалиберным и бронепрожигательным снарядами с дистанции 300−400 метров пробивает и лобовую часть танка типа «Тигр».

Бронебойный снаряд по лобовой части танка «Тигр» неэффективен, делает вмятины в 40−50 мм. Средние танки пушка ЗиС-3 способна пробить снарядами в лобовой его части с дистанции прямого выстрела.

Зам. начальника штаба артиллерии 33-й армии подполковник Зайцев».

Ветеран «Великой Германии» Ганс-Хайнц Рефельд писал: «Со времён провала операции «Цитадель» такого поражения у нас ещё не было»…

Нам важно ваше мнение!

+0

Комментарии (0)