Наталья Холмогорова

Правозащитник

Все статьи автора
автор

Сериал «Ходячие мертвецы» как исследование отношений отцов и детей

301130

Мой любимый нынче сериал «Ходячие мертвецы» весь чуть более чем полностью посвящен семейным ценностям. Но с интересными акцентами.

На самом деле он почти весь — про отцовство. Почти все центральные герои-мужчины — отцы, настоящие или хотя бы символические; и самые сильные их чувства, мотивации и душевные переломы связаны с отцовством.

Любовные линии в сериале очень бледны и второстепенны в сравнении с отношениями отцов и детей. Чтобы защитить своих детей, отцы идут на подвиги и на преступления; из любви к детям продолжают жить и бороться в разрушенном мире; от горя по погибшему ребенку сходят с ума и теряют человеческий облик; бывших лучших друзей делает врагами даже не то, что один переспал с женой другого, а то, что этот другой теперь претендует на его детей…

Фактически и Рик, и другие отцы в сериале, так или иначе, живут ради детей. И даже борьба Рика с Ниганом, вроде бы — за власть и за разное видение будущего, на самом деле оформлена через символическое отцовство: они спорят о том, кто станет лучшим отцом для Карла.

Целая галерея отцов проходит перед нами, весь спектр. От идеального отца Хершела Грина — до мерзавца Эда, обрисованного самыми черными красками, который не только жену бьет, но и к дочке нехорошие поползновения питает; или до покойного папаши Диксона, который и в сериале-то не появляется, зато мы наглядно видим, как этот сукин сын искалечил психику и жизнь своим сыновьям.

Интересно, что Хершел, идеальный отец семейства и вообще идеальный герой, при этом представитель очень консервативной и патриархальной американской среды: фермер, глубоко верующий, не расстается с Библией и вообще живет «по старинке».

Но его семья — олицетворение взаимной любви и поддержки. Рик — демократ и вообще, т. с., носитель гуманистических и прогрессивных тенденций — очень любящий отец, но отец, как и лидер, не очень успешный; часто ошибается, не всегда справляется с детьми, не находит общего языка с сыном-подростком.

А семья Диксонов — тоже из правых, но совсем другого рода: это, так сказать, изуродованный и выхолощенный консерватизм, «консерватизм» социального дна, в котором уже днем с огнем не найти ни веры, ни нравственности, ни твердых правил, а о любви к ближним и говорить нечего, и из «устоев» осталась только привычка голосовать за республиканцев и не черных любить. И там, натурально, отцы и дети друг друга ненавидят, и отец оказывается воплощением ада на земле, сознательно и злобно уродующим своих детей. 

Что же до материнства — ему уделяется куда меньше внимания, да и выглядит оно как-то… ну, не то чтобы прямо сомнительно — но намного бледнее. 

Отношения Карла с матерью явно менее интересны, чем с отцом, — и ее страшную смерть, произошедшую у него на глазах, он как-то достаточно легко переживает. Кэрол теряет дочь — и не сходит с ума, не теряет волю к жизни, как отцы в аналогичной ситуации; даже наоборот — она, конечно, горюет, но есть впечатление, что именно потеря дочери ее «раскрепостила» и помогла оторваться от печального прошлого. 

У Мишонн погиб ребенок — и мы знаем, что для нее это трагедия, но также знаем, что в результате этого она и стала той «железной женщиной», какую мы видим. 

А интереснее всего в этом смысле, пожалуй, община Терминуса. Этой общиной неожиданно управляет матриархальная семья: немолодая мать и двое ее взрослых сыновей. (Где отец, неизвестно.) 

У матери с детьми отношения очень нежные, они защищают и поддерживают друг друга. Все у них хорошо, только есть нюанс: это община каннибалов. Они заманивают к себе людей и едят. 

Именно Терминус изображается в сериале как некая предельная ступень падения, полная извращенность человеческой природы, та стадия, где в людях не остается уже ничего человеческого. 

Не знаю, стремились ли создатели сериала связывать это с матриархатом… однако это у них и вышло.

Нам важно ваше мнение!

+0

Комментарии (0)

И еще раз о русском языке на Украине.

Поздравляю, по ходу, у нас нормальный человеческий министр культуры.

Курс на деаномизацию пользователей принят большей частью западных стран.

С отчетом о работе правительства Мишустина ждут в Госдуме уже в апреле.

Уход Медведева — это однозначно запланированная история.

Введение исследования интернет-аудитории — адаптация существующего законодательства.

С этим сектору придется смириться. Хочет он того или нет.

Кроме военной поддержки Ирана обязательно понадобится экономическая.

Совершенно неважные, но такие приятные двенадцать.

|статья
Сергей Лунев

Побывал в «Современнике» на постановке Гарика Сукачёва «Анархия».

Официальная позиция Евросоюза по статусу Крыма обязывает делать подобные заявления.

Накануне на улице ко мне подошла бабушка.

Круто, что на жизни нашего поколения мы вернули себе гордость за Москву.

Как надо понимать договоренность с Украиной о транзите.