Преподаватель информатики рассказал об отношении московских учителей к ВПР

Учитель информатики Владимир Погодин © Facebook

Учитель информатики Владимир Погодин © Facebook

Всероссийские проверочные работы (ВПР) — это новый инструмент контроля качества отечественного образования, который был принят властями на вооружение в 2016 году. Но в Москве мониторинг проходит иным путем — через независимые диагностики Московского центра качества образования и ресурсы Московской электронной школы.

Руководитель Департамента образования города Москвы Исаак Калина не раз отмечал, что это одно из важнейших нововведений, которые позволили нашей столице войти в десятку самых образованных городов.

Корреспондент «Ридуса» пообщался с победителем конкурса «i-Учитель», преподавателем информатики Владимиром Погодиным, и выяснил, поддерживают ли столичные педагоги мнение господина Калины относительно ВПР.

Владимир Николаевич, что конкретно меняется с введением ВПР? Чем так сильно отличается новый инструмент Рособрнадзора от старых методов проверок?

— В основном тем, что методы проверки внутри учреждения проводятся в соответствии с положением о внутришкольном мониторинге, то есть школа отвечает за процесс сама. Любая промежуточная контрольная работа направлена на анализ процесса, тогда как экзамены — анализ результата. Получается, что школа теперь отчитывается за процесс непосредственно органу надзора. Это, во-первых, будет влиять на содержание изучаемого, во-вторых, задавать график его изучения, а также, возможно, подчинит сам педагогический процесс логике проведения контролирующих мероприятий, то есть отчетность окажется главной. В самом механизме отчетности нет ничего плохого, но, будучи поставленным во главу угла, он может сделать образовательные реформы неэффективными, об этом писал известный образовательный эксперт Майкл Фуллан. А идея, что школа обеспечит лучший итоговый результат, если контролировать результат отдельных фаз процесса, в целом не нова. Вопрос, что сделают с результатами промежуточного контроля.

ВПР — это стресс для кого: для учителей или для учеников? Или для тех и других?

— Еще одна общегосударственная единая проверка — стрессор для школы. А значит, в той или иной степени он заденет всех участников процесса, от администраторов до учащихся. Причем стресс — это не всегда плохо. В стрессе порой идет развитие. Понятно желание администраторов показать, что учителя преподают успешно. Понятно желание учителей продемонстрировать, что их дети хорошо учатся. Но контроль — это функция управления, и контроль сверху не исключает дополнительное управление оттуда. Будет ли это еще один инструмент для управления самими школами? Или еще один инструмент сравнения одних школ с другими? Время покажет. Пока я не удивлюсь, если школы на всякий случай напрягутся и подготовятся к этим ВПР. Мало ли.

Если не ВПР, то что? Московская модель оценки качества? Как вы относитесь к ней? Можно ее брать за основу для всероссийской системы оценки качества или стоит как-то доработать?

— Я не эксперт по оценке качества образования, мне сложно здесь дать адекватный ответ. У меня только один вопрос в связи с еще одним единым контролем: зачем? В зависимости от реальных целей и будет понятно, что делать. Например, нужно, чтобы, как в фильме «С легким паром», в типовые российские школы были врезаны типовые контрольные работы? Чтобы все и везде было одинаковым? А потом настанет время типовых уроков? Надеюсь, что нет, но вопросы возникают. Думаю, за моделями оценки качества лучше обращаться к экспертному и педагогическому сообществам, понимая, что с этой информацией делать в дальнейшем. И чтобы педагоги это тоже понимали.

© Facebook

Не могли бы вы все-таки подробнее рассказать о вашем отношении к московской системе оценки качества образования в сравнении с ВПР. Московскую систему позиционируют как едва ли не лучшую в мире. Из плюсов отмечают, что она не отрывает учителя от работы с детьми, что экономит время учителя, что она максимально объективна. Хотелось бы услышать, что о ней думают не чиновники, а учителя.

— В Москве пишут ВПР, как и в России. И НИКО проходят. Оценка качества происходит в школах, существуют положения о внутришкольном мониторинге качества образования, они, вообще говоря, отличаются в разных школах. Если говорить об общих возможностях, обычно используются диагностические и тренировочные работы системы «Статград», они вполне качественные, хотя ошибки изредка встречаются. Можно заказывать внешние проверки МЦКО, как предметные, так и метапредметные. Существуют обязательные городские проверки, их немного, график таких проверок формируется каждый год. Постепенно идет переход на компьютерную форму прохождения диагностик. Материалы МЦКО вполне качественные, как и отчеты о проведенных диагностиках. Я в свое время, будучи заместителем директора, создавал на основании обратной связи от МЦКО таблицы с учетом успехов всех учащихся в диагностиках, было интересно соотносить успехи и планировать дальнейшую работу. Выпускные экзамены проходят, как и по всей стране, разве что камер, возможно, побольше.

Не совсем понимаю, что такое «не отрывает учителя от работы с детьми». На выпускных экзаменах учителя работают. Если говорить о внешних диагностиках, они проходят без участия учителя, который работает с классом, организаторами ставятся другие учителя, иногда приезжают внешние наблюдатели из МЦКО. Если говорить о тренировочных работах «Статград», их проводит методическое объединение, и учителя, конечно, задействуются. Еще раз подчеркну: за качество образования отвечает школа, и школе доступны возможности пользоваться материалами МЦКО и «Статград». При этом работа учителей по текущему контролю тоже есть, как и в любом городе нашей страны.

В Москве есть рейтинг вклада в качественное образование как управленческий инструмент, он учитывает результаты ОГЭ и ЕГЭ, а также олимпиад и других активностей, с помощью этого инструмента город дает понять руководителям школ, какие параметры стоит развивать и на что обращать внимание. Так как рейтинг является накопительным, чем больше образовательный комплекс, тем потенциально выше результаты ОГЭ и ЕГЭ и, соответственно, выше показатель рейтинга школы. Мне, например, интересно вести учет успешности московских школ в олимпиадах и экзаменах, подсчитывая относительные параметры этой успешности, — в зависимости от количества учащихся, благо в Москве обобщенные данные открыты, в частности на портале data. mos.ru. Там получаются несколько другие картинки, чем в официальном рейтинге, с точки зрения дополнительной информации это достаточно удобно, особенно если анализировать динамику достижений школы по годам.

Например, есть какой-то хороший зарубежный опыт (применять на постоянной основе исследования формата PISA, как вариант)?

— У Рособрнадзора, помимо ВПР, есть национальные исследования качества образования (НИКО). Опять вопрос: с какой целью проводятся исследования? Что будет с результатами этих исследований? Каждый раз, полагаясь на результаты отчетов, мы отвлекаемся от педагогической составляющей. Что нужно-то? Чтобы лучше учили или лучше учились? Может, на это и обратить внимание: как помочь педагогам лучше учить, а детям лучше учиться? Тут и отчеты приложатся, потому что обратную связь при реализации инструментов такой помощи нужно применять весьма развернуто. Но эти отчеты будут носить вспомогательную роль, а основным смыслом станет, удалось ли реализовать педагогическую составляющую. И тогда вопрос, в чьей это компетенции.

Если не трудно, обрисуйте идеальную систему образования, на ваш взгляд? Будут ли в ней одинаковые учебники и расписание предметов, или наоборот — каждый учитель будет волен выбирать, по чему и как именно учить?

— Имеете в виду — идеальную систему школьного образования? Трудно. Когда мы говорим о системе школ, нужно учитывать много факторов и их взаимосвязи. Например, образование самих учителей или уровень их оплаты. Если десятилетиями главенствовал принцип «ума нет, иди в пед», быстро эту ситуацию не исправить. Равно как и ситуацию умеренных заработных плат, когда первое средство увеличения зарплаты педагога — увеличение его нагрузки. Загруженный до предела учитель — не лучший вариант для идеальной системы образования. А вопросы с учебниками и расписанием предметов призвана решать сама школа, по закону.

В хорошей системе образования, на мой взгляд, у школы есть возможности выбора, свободного и ответственного (а значит, самостоятельного) решения многих вопросов, которые ее касаются. Школа не может работать лучше, чем работают ее учителя, — это основное следствие из исследования МакКинси, проведенного более тридцати лет назад. Если у учителей есть возможности и желание вместе работать — возникает хорошая школа. Если возможностей мало, а желание сгорело, — мы получим вариант учреждения для временного нахождения людей школьного возраста в сопровождении надзирателей постарше. И еще важно понимать, что работа учителей в отрыве друг от друга малорезультативна, важен социальный капитал в учительском коллективе, важны сотрудничество и осмысленность работы. На мой взгляд, в идеальной системе образования важны разные школы, и не только школы, для разных форм образования детей, чтобы обеспечить самые разные запросы учеников и родителей, а также помогать им формулировать эти запросы.

Считаете ли вы наиболее удачным использование независимых тестов качества образования школьников, чем выставление субъективных оценок учителем? Должен ли учитель самостоятельно выставлять оценки ученикам?

— Учитель должен предоставить обратную связь. От качества этой обратной связи напрямую зависит качество образования учеников, как утверждает Д. Хетти в своем метаисследовании про измеримое образование. А вот Ф. Джексон в своей книге «Жизнь в классе», например, говорит, что учитель постоянно и очень разнообразно оценивает проявления учеников (порядка тысячи раз за урок), и эти оценки далеко не всегда касаются качества образования. И без этих оценок у нас будет уже другая школа. Если это вообще будет называться школой. На мой взгляд, противопоставлять независимые тесты и работу учителя попросту неправильно. И вместе с тем независимые тесты нужны, когда они помогают в процессе обучения и учения, когда они помогают больше узнать о том, чему научился ученик. Существующая система образования вряд ли проживет без независимого тестирования, важно только, чтобы его результаты использовались адекватно: с пользой для процесса и результата образования.

Нам важно ваше мнение!

+0

Комментарии (0)