Назвали психом и взяли кровь: дальнобойщику отказали в лечении перелома

Челябинский водитель Виталий Коваль уже больше года пытается доказать врачам, что получил тяжелую травму в результате ДТП во время рабочей командировки, но медики отказываются принимать заключения частных клиник, в которых обследовался мужчина.

Виталий работал дальнобойщиком в компании «Красное и Белое» и часто ездил в командировки. Чуть больше года назад, 5 февраля 2017 года, мужчина попал в серьезную аварию, после чего был доставлен в больницу города Пыть-Ях.

В тяжелом состоянии меня доставили в город Пыть-Ях, а спустя девять дней выписали, хотя ходить я мог только благодаря уколам. На попутном грузовике добрался до дома и обратился в больницу Копейска, где был прописан. Там мне внезапно поставили диагноз „остеохондроз“. Я пришел с травмой после ДТП, а ставят остеохондроз. Причем без рентгена и анализов, на глаз, рассказывает Виталий.

После осмотра врачей боли не прекращались, и мужчина решил обратиться в частную клинику, где ему все-таки сделали рентген. Он показал перелом грудного отдела и крестца. С новыми анализами дальнобойщик снова обратился в больницу по прописке, но там в лечении отказали, даже не посмотрев бумаги.

Лечись дома!

Тогда мужчина решил посетить еще пару частных клиник, где ему подтвердили перелом. Лечиться в частной клинике водителю было не по карману, а в местной больнице врачи не хотели принимать заключения сторонних клиник.

Положение Виталия осложнялось и тем, что боли не прекращались несколько месяцев, а ходить мужчина мог только с поддержкой жены. Через полгода спора с врачами водитель обнаружил, что в его деле появился новый диагноз, на этот раз психиатрический.

Когда жена забрала акт о несчастном случае, оказалось, что там указано, что причина произошедшего — психическое заболевание, и я его скрыл при приеме на работу. Но как это может быть? У меня профессиональные права, я проходил медкомиссию при приеме. У меня есть оружие, которое тоже без справки от психиатра не дадут. А тут оказалось, что на меня заведена карточка в психиатрической клинике и во всех базах данных отмечено, что у меня расстройство личности. С таким будет тяжело спорить, недоумевает мужчина.

Тогда семья обратилась к региональному министру здравоохранения Сергею Кремлеву. Он помог мужчине получить направление на обследование, которое показало, что Виталий никогда не страдал ничем подобным и помощь психиатра ему не требуется.

«Мы поняли, что с местной больницей бороться бесполезно, поэтому попытались подать на инвалидность», — рассказывает дальнобойщик.

Но и тут неудача. Трижды медико-социальная экспертиза, которая изучала документы, представленные копейской больницей, отказала с формулировкой: «Клиническая картина не укладывается в диагноз».

И снова остеохондроз

Недавно Виталия направили в Санкт-Петербург в НИИ нейрохирургии имени Поленова на лечение. Но из 9 дней пребывания в больнице у мужчины взяли только кровь из вены.

Когда стали проводить электромиографию, Виталий отключился, у него начались судороги. Водителя перевели в реанимацию, а когда он очнулся, попросили освободить палату и отправили домой.

После этого стало только хуже, я почти перестал ходить. Не так давно меня выписали с больничного. Во время приема родственники буквально занесли меня в кабинет, но врачи решили, что я годен к работе, вспоминает Виталий Коваль.

Когда о деле узнали в управлении Челябинска, был созван специальный консилиум, который подтвердил первоначальный диагноз — остеохондроз.

«Вопрос изучали главные специалисты министерства: невролог, специалист по лучевой и инструментальной диагностике, нейрохирург, психиатр, травматолог-ортопед, специалист по медицинской реабилитации, а также представители минздрава и ГБ № 1 Копейска, в том числе заместитель главврача по экспертизе», — уточнили в министерстве.

В итоге ДТП, произошедшее с Виталием, было признано несчастным случаем на производстве и мужчина получил право на обеспечение по страхованию.

Кто виноват?

Но и тут все прошло не так гладко. За лечение в стационаре мужчине возместили убыток, а дальше вся поддержка от государства закончилась, так как медико-социальная экспертиза (МСЭ) заявила, что лечение пострадавшего было окончено в феврале 2018 года, исход лечения — выздоровление.

С таким решением водитель не согласен, так как он практически потерял возможность ходить и его до сих пор мучают боли. На частные клиники также ушло немало денег, поэтому семье Виталия пришлось взять два кредита.

Как глава семьи, Виталий должен обеспечивать маленького ребенка и жену в декрете, но вернуться к работе невозможно — мужчина с трудом ходит.

Я обжаловал акт о несчастном случае, писал о переработках, больших нагрузках, которые привели к аварии. Но мне позвонили с работы, сказали: забери заявление, мы все выплатим. Я забрал, но компенсации так и не увидел, рассказал дальнобойщик.

Сейчас южноуралец готовит судебный иск.

Нам важно ваше мнение!

+0

Комментарии (1)

  • Small 38e51f1267
    SELENA N21 марта 2018, 00:21

    Только принцип "око-за-око и зуб-за-зуб". Особенно, в разборках с врачами и медкомиссиями.

В других СМИ:

Картина дня

Бездна новостей
Все новости

Ее муж стал снимать медика на видео, но тот попытался выхватить телефон и угрожал полицией.

распахнутьcвернуть

гражданская журналиcтика

Появление малых охотников на Азовском море не осталось незамеченным.

После просмотра этой подборки активируется режим ностальгии.

Самоучка создает удивительных и трогательных животных из камней.

интересное

В проекте используются почти все современные технологии.

Его дефицит увеличивает риски осложнений после болезни.

Ученые назвали пять правил, которыми стоит руководствоваться во время пандемии.

Это позволяет вирусу заражать большое количество людей.

полезное

Для новорожденных детей большое значение имеет прямой контакт с кожей матери.

На типичные ошибки указал профессиональный повар.

развлечения